Главная    Интернет-библиотека    Кадры предприятия    Обзоры    Новый порядок увольнения отца ребенка в возрасте до 3 лет в связи с сокращением численности или штата работников организации

Новый порядок увольнения отца ребенка в возрасте до 3 лет в связи с сокращением численности или штата работников организации

07.07.2014

Новый порядок увольнения отца ребенка в возрасте до 3 лет в связи с сокращением численности или штата работников организации

Опубликовано в журнале "Кадры предприятия" №2 год - 2012

Е.Т. Родионов, Н.Г. Шабалин

Л.А. Тимофеева,
эксперт журнала
«Кадры предприятия»

Спустя месяц с момента вынесения Постановления по делу о проверке конституционности положений части 4 статьи 31, пункта 6 части 1 статьи 33 и статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в связи с жалобой гражданки В.Ю. Боровик (от 22.11.2011 № 25-П), которым взаимосвязанные положения части 4 статьи 31, пункта 6 части 1 статьи 33 и статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» были признаны не соответствующими Конституции РФ, ее статьям 7 (часть 1), 19 (часть 2), 37 (часть 1), 38 (часть 1) и 55 (часть 3) в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования ими допускается увольнение с государственной гражданской службы одинокой матери, воспитывающей ребенка в возрасте до 14 лет, в связи с сокращением замещаемой должности по инициативе представителя нанимателя, Конституционный Суд РФ вынес очередное постановление, связанное с сокращением штата или численности работников.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 15.12.2011 № 28-П по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.К. Остаева, по сути, внесено очередное изменение в правовое регулирование трудовых отношений в связи с сокращением численности или штата работников. И хотя оно пока не получило нормативного закрепления в виде изменений в Трудовой кодекс РФ, тем не менее, существенно осложнило и без того сложную процедуру расторжения трудовых договоров в связи с сокращением численности или штата работников.

Поводом к рассмотрению дела в Конституционном Суде РФ явилась жалоба гражданина, а основанием к рассмотрению дела – обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ оспариваемое заявителем законоположение.

Всем сотрудникам кадровых служб известно содержание части четвертой статьи 261 Трудового кодекса РФ, согласно которой расторжение трудового договора с женщинами, имеющими детей в возрасте до 3 лет, одинокими матерями, воспитывающими ребенка в возрасте до 14 лет (ребенка-инвалида до 18 лет), другими лицами, воспитывающими указанных детей без матери, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5–8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 ТК РФ).

Конституционность этого законоположения была оспорена отцом троих малолетних детей, один из которых не достиг 3-летнего возраста, а другой является инвалидом. Жена заявителя,  осуществляющая уход за детьми, не работала, а сам он 01.06.2010 был уволен с занимаемой должности по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ (сокращение численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя).

Полагая, что его увольнение было необоснованным и незаконным, а запрет расторжения трудового договора по инициативе работодателя должен распространяться и на мужчин – отцов, имеющих детей в возрасте до 3 лет (тем более в ситуации, когда мать в связи с уходом за детьми не работает), гражданин обратился в районный суд города Москвы с иском к работодателю о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, недополученного заработка и компенсации морального вреда.

Отказывая в удовлетворении его исковых требований, Савеловский районный суд города Москвы в решении от 31.08.2010, оставленном без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 26.11.2010, указал, что трудовой договор с ним был расторгнут в соответствии с требованиями законодательства без нарушений процедуры со стороны работодателя и что истец не входит в круг лиц, которым предоставляется гарантия, предусмотренная частью четвертой статьи 261 Трудового кодекса РФ.

В связи с неудовлетворительным исходом судебных дел гражданин обратился с жалобой в Конституционный Суд РФ, в которой ссылался на неконституционность части четвертой статьи 261 Трудового кодекса РФ в том, что она не предоставляет отцу ребенка, не достигшего 3-летнего возраста, возможности пользоваться такими же гарантиями при увольнении по инициативе работодателя, какие предоставлялись бы в аналогичной ситуации матери этого ребенка, при том что
Конституция РФ наделяет их равными правами и возлагает на них равные обязанности по содержанию и воспитанию детей. Лишение отца равного с матерью права на дополнительные  гарантии при увольнении противоречит, по мнению заявителя, Конституции РФ, в том числе ее  статьям 7 (часть 2), 19 и 38 (части 1 и 2), приводит к дискриминации по признаку пола, не согласуется с требованиями Конвенции МОТ «О равном обращении и равных возможностях для трудящихся мужчин и женщин: трудящиеся с семейными обязанностями» (пункт 1 статьи 1 и статья 4) и, кроме того, ставит многодетные семьи, в которых матери осуществляют уход за детьми в возрасте до 3 лет и в трудовых отношениях не состоят, в неблагоприятное положение с точки зрения защиты от снижения жизненного уровня.

Анализируя содержание оспоренной нормы, Конституционный Суд РФ исходил из следующего.

Согласно Конституции РФ политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; материнство и детство, семья находятся под защитой государства; мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации (статья 7; статья 19, часть 3; статья 38, часть 1). Приведенным положениям Конституции РФ, обусловливающим необходимость обеспечения – на основе общепринятых в социальных государствах стандартов – родителям и другим лицам, воспитывающим детей, возможности достойно выполнять соответствующие социальные функции, корреспондируют требования Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989), которая, исходя из принципа приоритета интересов и благосостояния детей во всех сферах жизни, обязывает подписавшие ее государства принимать все законодательные и административные меры к тому, чтобы обеспечить детям необходимые для их благополучия защиту и заботу, принимая во внимание права и обязанности родителей, опекунов и других лиц, несущих за них ответственность по закону (пункт 2 статьи 3), признавать право каждого ребенка на уровень жизни, который требуется для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (пункт 1 статьи 27), с учетом того, что родители или другие лица, воспитывающие ребенка, несут основную ответственность за создание в пределах своих способностей и финансовых возможностей необходимых для этого условий (пункт 2 статьи 27).

Государственная поддержка семьи, материнства, отцовства, детства, направленная в том числе на повышение уровня рождаемости (за счет рождения в семьях второго и последующих детей) как важного условия сохранения и развития многонационального народа России, в настоящее время приобретает особую социальную значимость и является приоритетной задачей демографической политики Российской Федерации, а следовательно, предполагает наличие правовых механизмов, которые обеспечивали бы институту семьи эффективную защиту, адекватную целям социальной и экономической политики Российской Федерации на конкретно-историческом этапе, а также уровню экономического развития и финансовым возможностям государства.

Осуществляя на основе предписаний статей 7 и 38 (часть 1) Конституции РФ и соответствующих международно-правовых обязательств Российской Федерации правовое регулирование общественных отношений в этой сфере, являющееся предметом совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов (статья 72, пункт «ж» части 1 Конституции РФ), законодатель располагает достаточно  широкой свободой усмотрения в выборе конкретных мер защиты семьи, материнства, отцовства и детства, определении условий и порядка их предоставления. Вместе с тем он связан требованиями Конституции РФ, которые обязывают его обеспечивать баланс между конституционно защищаемыми ценностями, публичными и частными интересами, соблюдая при этом принципы справедливости, равенства и соразмерности, выступающие конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции РФ, но и прав, приобретаемых на основании закона.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, Конституция РФ, в том числе ее статьи 17 (часть 3), 19 и 55 (часть 3), допускает существование различий в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, если такие различия объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; критерии (признаки), лежащие в основе установления специальных норм, должны определяться исходя из преследуемой при этом цели дифференциации в правовом регулировании.

Соответственно, при установлении гарантий государственной поддержки и социальной защиты семьи, материнства, отцовства и детства законодатель вправе использовать дифференцированный подход к определению характера и объема таких гарантий, предоставляемых той или иной категории граждан, с учетом конкретных социально значимых обстоятельств.

Конституция РФ гарантирует свободу труда, право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1).

Конституционный принцип свободы труда, который в трудовых отношениях проявляется прежде всего в договорном характере труда, обусловливая свободу трудового договора, вместе с тем предполагает обеспечение каждому возможности на равных с другими гражданами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения, реализуя свои способности к труду (Постановление Конституционного Суда РФ от 27.12.1999 № 19-П).

По смыслу приведенной правовой позиции, равные возможности как при вступлении в трудовые отношения, так и в процессе трудовой деятельности должны создаваться и для граждан – родителей малолетних детей, что в силу статьи 37 (часть 1) Конституции РФ во взаимосвязи с ее статьями 7  (часть 2) и 19 предполагает установление на законодательном уровне для таких работников ряда гарантий и льгот, которые позволяли бы им наравне с другими гражданами реализовать свое конституционное право на труд без ущерба для надлежащего выполнения обязанности по воспитанию детей (статья 38, часть 2 Конституции РФ).

Конституционный Суд РФ в ряде своих решений, в частности в Постановлении от 24.01.2002 № 3-П, исходя из положений статей 7, 37 (часть 1) и 38 (части 1 и 2) Конституции РФ подтвердил право законодателя предусмотреть определенные гарантии и льготы для работников, которые вследствие необходимости особого ухода за детьми не могут в полном объеме наравне с другими выполнять предписанные общими нормами обязанности в трудовых отношениях, в том числе ограничить возможность их увольнения по инициативе работодателя. Вместе с тем, как указывал  Конституционный Суд РФ, при установлении для отдельных категорий работников более высокого по сравнению с обычным уровня гарантий защиты от увольнения и возложении в связи с этим на работодателей дополнительных обязанностей либо ограничений должен обеспечиваться баланс конституционных прав работников, включая право на государственную поддержку материнства и детства, и конституционных прав работодателей на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности и на распоряжение собственностью, предполагающих наличие у них ряда конкретных правомочий, которые позволяют в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала); такой баланс является необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве и составляет правовую основу справедливого согласования прав и интересов работников и работодателей.

К числу гарантий, предоставляемых лицам с семейными обязанностями, Трудовой кодекс РФ относит, в частности, ограничение возможности направления их в командировки, привлечения к работе в ночное время, к сверхурочной работе, к работе в выходные и нерабочие праздничные дни, предоставление отпусков по уходу за ребенком (статьи 256, 259, 264 и др.), а также запрет расторжения трудового договора по инициативе работодателя (за исключением увольнения по такому основанию, как ликвидация организации либо прекращение деятельности индивидуальным предпринимателем, а также по основаниям, связанным с виновным поведением работника), распространяющийся на женщин, имеющих детей в возрасте до 3 лет, а также на иных лиц, включая отца ребенка, если они воспитывают детей указанного возраста без матери (часть четвертая статьи 261).

Опираясь на правовые позиции, сформулированные им ранее, Конституционный Суд РФ в Определении от 04.11.2004 № 343-О пришел к выводу, что часть первая статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающая запрет увольнения по инициативе работодателя (за исключением случаев ликвидации организации) беременных женщин, относится к числу специальных норм, предоставляющих беременным женщинам повышенные гарантии по сравнению с другими нормами данного Кодекса, регламентирующими вопросы расторжения трудового договора, – как общими, так и предусматривающими особенности регулирования труда женщин и лиц с семейными обязанностями; по своей сути она является трудовой льготой, направленной на обеспечение поддержки материнства и детства; такого рода повышенная защита предоставляется беременным женщинам как нуждающимся в особой социальной защищенности в сфере труда, она обусловлена необходимостью предотвращения возможных дискриминационных действий недобросовестных работодателей, стремящихся избежать в дальнейшем предоставления установленных  законодательством в связи с материнством гарантий и льгот, а также трудностями поиска работы, с которыми сталкивается беременная женщина.

Гарантия, закрепленная в части четвертой статьи 261 Трудового кодекса РФ, ограничивает возможность увольнения по инициативе работодателя женщин, имеющих детей в возрасте до 3 лет, и других лиц, воспитывающих детей того же возраста без матери. Введение для данных категорий работников с семейными обязанностями повышенного уровня защиты от увольнения направлено на обеспечение им действительно равных с другими гражданами возможностей для реализации прав и свобод в сфере труда, что обусловлено объективно существующими трудностями, с которыми сталкиваются женщины, стремящиеся сочетать трудовую деятельность с выполнением материнских функций, а также те, кто, воспитывая ребенка в возрасте до 3 лет без матери и тем самым восполняя в той или иной степени отсутствие материнской заботы, принял на себя всю полноту ответственности за его благополучие и всестороннее развитие.

Конституция РФ, гарантируя мужчине и женщине равные права и свободы и равные возможности для их реализации (статья 19, часть 3), предопределяет необходимость коррекции на законодательном уровне условий осуществления ими прав в сфере труда и занятости, с тем чтобы устранить возможное неравенство работников, обусловливаемое наличием в семье малолетних детей, реально существующим распределением семейных обязанностей и достаточно распространенным  отношением работодателей к женщинам, имеющим детей (особенно в возрасте до 3 лет), как к менее эффективным работникам.

Также по этой теме: