Главная    Интернет-библиотека    Право    Административные дела    Специфика регистрации не подведомственных органу внутренних дел сообщений о происшествии

Специфика регистрации не подведомственных органу внутренних дел сообщений о происшествии

Специфика регистрации не подведомственных органу внутренних дел сообщений о происшествии

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №7 год - 2011

Рыжаков А.П.,
заслуженный работник высшей школы РФ,
профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин
Тульского международного юридического института

Требованиям к сотрудникам органов внутренних дел, получившим сообщение о  неподведомственном (совершенном вне обслуживаемой органом дознания территории) происшествии, посвящен п. 19 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях(1). Здесь, в частности, сказано: «Если происшествие не относится к компетенции органов внутренних дел или происшествие произошло на территории обслуживания другого органа внутренних дел, то все имеющиеся материалы после регистрации в КУСП в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации передаются по подследственности, в суд (по делам частного обвинения). Одновременно принимаются необходимые меры по предотвращению или пресечению правонарушения, а равно по сохранению следов правонарушения.

При передаче по территориальности в другой орган внутренних дел материалы направляются с приложением талона-уведомления о передаче сообщения о происшествии по территориальности (приложение № 3), о чем делается соответствующая отметка в КУСП, с указанием даты и исходящего номера сопроводительного письма. Заполненный корешок талона-уведомления остается в дежурной части.

Возвращенный в орган внутренних дел талон-уведомление о передаче сообщения по территориальности подшивается в специальное дело секретариата с указанием номера ранее направленного материала по журналу исходящей корреспонденции.


(1) См.: Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации  о происшествиях : Приказ МВД России от 4 мая 2010 г. № 333 // Российская газета. 2010. 25 июня. Далее для краткости – Инструкция.


Если по результатам проверки усматриваются признаки состава преступления частного обвинения, то в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации заявление и материалы проверки с сопроводительным письмом направляются мировому судье (за исключением случаев выявления признаков состава преступления, предусмотренного ст. 115 или 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, когда лицо, подлежащее привлечению к ответственности, потерпевшему неизвестно).

Заявитель письменно информируется о передаче его сообщения о происшествии по подследственности или в суд (по делам частного обвинения) в течение суток с момента принятия решения. При этом заявителю разъясняется его право обжаловать данное решение и порядок его обжалования.

Заявления граждан специального характера (по направлениям деятельности), связанные с утратой или выдачей удостоверений, разрешений, лицензий, справок, заключений, государственных регистрационных знаков, талонов, паспортов, актов, документов, предоставляющих или восстанавливающих какое-либо право, направляются в соответствующие подразделения, где учитываются в отдельных учетных формах. Порядок работы с такого рода обращениями регламентируется законодательными и иными нормативными правовыми актами».

Не подведомственными («не относящимися к компетенции») органу внутренних дел как органу дознания являются те преступления, по которым он не вправе возбудить уголовное дело, а в ряде случаев также произвести проверку сообщения о происшествии.

В ч. 1 ст. 144 УПК РФ, которая называется «Порядок рассмотрения сообщения о преступлении», отмечается, что следователь (дознаватель и др.) принимает по заявлению (сообщению) о преступлении решение «в пределах компетенции». Указанное словосочетание подлежит расширительному толкованию: если орган или должностное лицо(1) не уполномочены возбуждать уголовное дело по данному конкретному факту совершения общественно опасного деяния, то они не вправе и проводить по ним предварительную проверку в полном объеме.

Данная правовая позиция нашла свое отражение, к примеру, в Федеральном законе «О прокуратуре Российской Федерации». Согласно требованиям ст. 42 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» только следователи Следственного комитета РФ могут проводить проверку сообщений о фактах правонарушения, совершенного прокурором, и в пределах своей компетенции возбуждать против них уголовного дела (за исключением случаев, когда прокурор застигнут при совершении преступления). Таким образом, осуществление проверки сообщения о правонарушении, совершенном прокурором или следователем Следственного комитета РФ, не относится к компетенции органов внутренних дел.

Как обязательное условие, при котором у должностного лица или органа появляется право возбудить уголовное дело, понятие «в пределах своей компетенции» нацеливает правоприменителя на соблюдение следующих двух правовых положений.

Во-первых, следователь (дознаватель и др.) не всегда вправе возбудить конкретное уголовное дело. Орган внутренних дел не вправе возбудить уголовное дело в тех случаях, когда законодатель право его возбуждения в отношении конкретного должностного лица предоставил не ему, а другому строго определенному органу предварительного расследования. Например, согласно требованиям п. 1, 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы и Генерального прокурора РФ может быть принято только Председателем Следственного комитета РФ, а в отношении самого Председателя Следственного комитета РФ – исполняющим обязанности Председателя Следственного комитета РФ на основании заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, принятого по представлению Президента РФ, о наличии в действиях Председателя Следственного комитета РФ признаков преступления.


(1) Это правило не распространяется лишь на следователей Следственного комитета РФ по делам об общественно опасных деяниях лиц, перечисленных в ст. 447 УПК РФ.


Во-вторых, в отношении отдельных категорий лиц, наделенных уголовно-процессуальной неприкосновенностью, вправе возбудить уголовное дело лишь определенный руководитель следственного органа. Причем он не является сотрудником органа внутренних дел и принять искомое решение вправе только в случае соблюдения дополнительных гарантий защиты прав и законных интересов, обладающих неприкосновенностью должностных лиц.

К примеру, Председатель Следственного комитета РФ может возбудить уголовное дело в отношении судьи Конституционного Суда РФ с согласия Конституционного Суда РФ (п. 3 ч. 1 ст. 448 УПК РФ).

Сообщения о такого рода преступлениях тем не менее подлежат приему и регистрации в КУСП органа внутренних дел, если они получены (выявлены) сотрудником органа внутренних дел. Лишь после этого они передаются по подследственности.

Чтобы было понятнее, охарактеризуем более полно сам институт передачи заявления (сообщения) о преступлении «по подследственности». В отличие от возбуждения и отказа в возбуждении уголовного дела передача заявления (сообщения) о преступлении по подследственности или в суд – это промежуточное для первой стадии уголовного процесса решение(1). Иначе говоря, его вынесением не завершается течение срока рассмотрения заявления (сообщения) о преступлении. Данное решение не является итоговым для стадии возбуждения уголовного дела. После него в обязательном порядке по материалу проверки должно быть вынесено решение о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела, но уже другим органом предварительного расследования, а не тем, что принял и первый раз зарегистрировал в КУСП сообщение о происшествии.

В пункте 19 Инструкции, так же как в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, говорится о передаче сообщения «по подследственности». Возникает вопрос: как соотнести употребленное применительно к данному процессуальному решению понятие «подследственность» с требованиями ч. 2 ст. 21, ч. 5 ст. 152 и 157 УПК РФ?

В части 2 ст. 21 УПК РФ закреплена обязанность следователя (дознавателя и др.) в каждом случае обнаружения признаков преступления принимать предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления. Эти меры указаны в ч. 5 ст. 152 и 157 УПК РФ. Здесь говорится, что орган предварительного расследования, а значит и орган внутренних дел, установив неподследственность ему уголовного дела, производит неотложные следственные действия и лишь после этого передает уголовное дело руководителю следственного органа (прокурору) для направления по подследственности.


(1) Так его именуют и другие авторы. См.: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.В. Мозякова. М. : Экзамен XXI, 2002. С. 332; Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А.В. Смирнова. СПб. : Питер, 2003. С. 381.


Данная редакция ч. 5 ст. 152 и 157 УПК РФ приводит некоторых процессуалистов к утверждению, что сообщения о преступлении передаются по подследственности в случае отсутствия «неотложной ситуации»(1). Иначе говоря, если есть необходимость производства неотложных следственных действий, должностное лицо возбуждает уголовное дело и производит таковые, если нет – передает заявление (сообщение) о преступлении по подследственности.

Данная позиция имеет слабые стороны. Во-первых, в ней не учитывается ситуация получения заявления (сообщения) о неподведомственном преступлении (к примеру, органом внутренних дел заявление о преступлении, совершенном одним из лиц, в отношении которых ст. 448 КУПК РФ предусмотрен особый порядок возбуждения уголовного дела). Во-вторых, сторонники данной точки зрения могут быть уличены в несколько вольной трактовке ч. 5 ст. 152 и ч. 1 ст. 157 УПК РФ. Буквальное толкование названных норм указывает на обязанность органа дознания и органа предварительного следствия при наличии признаков преступления, подследственного другому органу предварительного расследования, возбудить уголовное дело и произвести неотложные следственные действия. И в той и в другой статье (в ч. 5 ст. 152 и ч. 1 ст. 157 УПК РФ) говорится, что в указанной ситуации следователь (дознаватель и др.) «производит неотложные следственные действия» (возбуждает уголовное дело), а не «в праве произвести неотложные следственные действия». Использованная законодателем формулировка указывает на то, что, по его мнению, после возбуждения уголовного дела всегда есть необходимость производства неотложных следственных действий. Вместе с тем, несомненно, мы понимаем, что редакция п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, а вслед за ней и редакция п. 19 Инструкции всегда будут приводить к неодинаковому толкованию процессуалистами заложенного в них смысла.

Этого можно было бы избежать, если бы в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ и соответственно в п. 19 Инструкции говорилось не о «подследственности», а о «подведомственности». Проблема соотношения указанных понятий наглядно демонстрируется на примере разграничения компетенции между следователем и органом дознания.

В литературе встречается утверждение, что орган дознания не вправе возбуждать дела, подследственные следователям; что он должен передавать заявления (сообщения) о таких преступлениях по «подследственности». Однако в пределах своей компетенции возбуждать уголовные дела и производить неотложные следственные действия в равной мере обязан как орган предварительного следствия, так и орган дознания (дознаватель и др.). Пока не выполнены все неотложные следственные действия, орган дознания по предусмотренной для него ч. 3 ст. 40, ст. 157 УПК РФ категории дел обладает теми же правами и обязанностями, что и любой иной орган предварительного расследования.

В начале уголовного процесса различие компетенции следователей и органов дознания по фактам, находящимся в пределах компетенции последних, но подследственным следователям, заключается прежде всего в том, что следователи вправе (и обязаны) производить по делу не только неотложные, а орган дознания – одни лишь неотложные следственные действия. Производство же неотложных следственных действий по подведомственным им преступлениям – обязанность как того, так и другого органа.


1 См.: Калиновский К.Б. Указ. соч. С. 381.


Уголовно-процессуальный закон предусмотрел два вида передачи (направления) от одного органа предварительного расследования, находящегося у него в производстве уголовного дела (заявление или сообщение о преступлении), другому. Это:

  • передача сообщения по подследственности в соответствии со ст. 151 УПК РФ, а по уголовным делам частного обвинения – в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ (п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ);
  • направление уголовного дела прокурору в связи с тем, что все неотложные следственные действия выполнены, или по иным основаниям (ч. 2 ст. 37, п. 3 ст. 149, ч. 5 ст. 152, ч. 3 ст. 157 УПК РФ).

На практике в порядке п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ обычно направлялись материалы проверки, а не одно лишь заявление (сообщение) о преступлении. О передаче всех имеющихся в органе внутренних дел материалов, касающихся принятого сообщения о происшествии, речь идет и в п. 19 Инструкции. Между тем в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ говорится о передаче по «подследственности» не материалов предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении, а самого заявления или сообщения. Такая формулировка статьи исключает возможность в рамках уголовного процесса передачи по подследственности материалов предварительной проверки. Как правильно отмечал А.М. Ларин, «на практике… руководители органов дознания… произвольно избирают менее сложное, менее ответственное решение о передаче заявления (сообщения) по подследственности… и уклоняются от возбуждения уголовного дела о неподследственном преступлении»(1).

Пункт 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ не может быть применен в рассматриваемой ситуации к отношениям между органом дознания и следователем и потому, что на момент получения заявления (сообщения) об отнесенном к ведению органа дознания факте производство по нему предварительной проверки и неотложных следственных действий находится в пределах процессуального статуса и органа дознания, и органа предварительного следствия одновременно. Такого рода передача заявления (сообщения) о преступлении нарушила бы требования ч. 2 ст. 21 УПК РФ, согласно которым в каждом случае обнаружения признаков преступления орган  дознания (следователь и дознаватель) принимает предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.

Приступив к предварительной проверке заявления (сообщения) о преступлении и обнаружив основание для возбуждения уголовного дела, орган дознания в соответствии с ч. 3 ст. 40, ч. 2 ст. 21, ч. 1 ст. 146 и 157 УПК РФ обязан принять предусмотренное законом решение. Законодатель же наличие оснований для возбуждения уголовного дела связывает лишь с принятием такого решения, как возбуждение уголовного дела. Право передать дело следователю у органа дознания появляется только после производства всех неотложных следственных действий, направленных на установление события преступления, изобличение лица или лиц, виновных в совершении преступления.

Своевременное возбуждение уголовных дел и одновременно с этим проведение неотложных следственных действий являются надежным средством охраны прав граждан и соблюдения законности(2).


(1)  Ларин А.М. Структура возбуждения уголовного дела // Сов. гос. и право. 1978. № 5. С. 83.
(2)  См., к примеру: Григорян А.С. К вопросу об обеспечении соблюдения социалистической законности при расследовании дел о поджогах // Соц. законность и охрана прав граждан. Воронеж, 1963. С. 104


Напротив, волокита при возбуждении уголовного дела, связанная с затратами времени на передачу заявления, сообщения о преступлении из одного органа предварительного расследования в другой, приводит часть процессуалистов к убеждению в необходимости принятия окончательного для этой стадии решения только тем органом, который первый получил заявление (сообщение) о преступлении(1). Правильно отмечал в этой связи А.Я. Дубинский: «Нельзя лишать орган дознания предоставленного им законом права возбуждать уголовные дела, отнесенные к подследственности следователя…»(2).

Сотрудниками органа дознания тем не менее могут выявляться преступления, не только отнесенные законом к их ведению. Нельзя не согласиться с утверждением М.А. Петуховского, что «предварительную проверку заявлений или сообщений о преступлении могут производить только те государственные органы и должностные лица, которые правомочны принимать по ним решения»(3). Поэтому в случае получения сведений о совершении деяния, содержащего признаки иного преступления, орган дознания должен принять заявление, сообщение о преступлении и направить его «по подследственности» в порядке п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ (осуществить действия, предусмотренные п. 19 Инструкции).

Употребленное в п. 19 Инструкции, а равно в ст. 145 УПК РФ понятие «подследственность» не идентично тому, которое приведено в ч. 5 ст. 152 УПК РФ. Это омонимы. «Подследственность», закрепленная в ст. 151, 152 УПК РФ, – это совокупность признаков преступления (общественно опасного деяния), по которым его расследование в полном объеме относится к компетенции строго определенного органа предварительного расследования, конкретной структурной единицы ведомства (допустим, не просто к компетенции следователя, а к компетенции следователя военного следственного органа Следственного комитета при прокуратуре РФ). Это понятие приобретает свое уголовно-процессуальное значение не на стадии возбуждения уголовного дела, а гораздо позже – на этапе, начинающемся после производства неотложных следственных действий. Как следует из приведенного здесь определения, подследственность позволяет установить, какой орган (должностное лицо) правомочен осуществлять по делу предварительное расследование в полном объеме.

«Подследственность» же, о которой идет речь в п. 19 Инструкции, а равно в ст. 145 УПК РФ, – это не подследственность, а подведомственность. Основное ее назначение заключается в том, что она подразделяет происшествия на те заявления, сообщения, о которых государственный орган вправе разрешать, и на те, что выходят за пределы его компетенции.

Как уже было отмечено, органы внутренних дел не имеют права возбудить или отказать в возбуждении конкретного уголовного дела в отношении, к примеру, судей (ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в РФ»). Соответственно, возбуждение такого уголовного дела выходит за пределы компетенции любого данного органа дознания.

Только в подобного рода ситуации рассматриваемые органы (должностные лица) могут применять п. 19 Инструкции, а равно п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ – передавать заявление (сообщение) о преступлении по подследственности, не вступая при этом в противоречие с требованиями ч. 2 ст. 21 УПК РФ.


1 См.: Таджиев Х.С. Прокурорский надзор и ведомственный контроль за расследованием преступлений. Ташкент : Фан, 1985. С. 86.
2 Дубинский А.Я. Правовые и организационные проблемы исполнения процессуальных решений следователя : дисс. ... д. ю. н. Киев, 1984. С. 196.
3 Петуховский М.А. Возбуждение уголовных дел о преступлениях, совершенных осужденными ИТУ. Рязань, 1977. С. 49–50.


В пределах же своей компетенции (подведомственности) органы предварительного расследования не только вправе, но и обязаны самостоятельно завершать стадию возбуждения уголовного дела и поэтому не должны применять п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, а органы внутренних дел – вдобавок еще и п. 19 Инструкции. Они должны самостоятельно рассмотреть и разрешить заявление (сообщение) о преступлении – возбудить или отказать в возбуждении уголовного дела по данному факту.

Именно поэтому, а не в связи с предоставленным п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ полномочием по поступившему заявлению (сообщению) о преступлении в первую очередь решается вопрос о подведомственности. То есть перед государственным органом или должностным лицом, осуществляющим уголовный процесс, встает задача выяснить, какой орган (должностное лицо) вправе возбудить по данному факту уголовное дело.

Если орган, получивший заявление (сообщение) о преступлении, не вправе согласно закону возбуждать по данной категории преступлений уголовные дела, то он не может и отказать в этом. В его компетенции остается лишь передача заявления (сообщения) о преступлении по подследственности в тот орган, который уполномочен на принятие одного из указанных решений. В исключительных случаях заявление (сообщение) о таком преступлении может быть передано и в орган предварительного расследования, которому дело не подследственно, а лишь подведомственно его разрешение.

Это общее правило, которое исходит из аксиомы, согласно которой орган предварительного расследования, в который поступило заявление (сообщение) о преступлении, обязан принять одно из предусмотренных ст. 145 УПК РФ решений. Но на практике иногда решения по заявлению (сообщению) о преступлении вообще не принимаются. Такого рода бездействие, мягко говоря, является незаконным. Не соответствующим УПК РФ представляется также решение Верховного Суда РФ от 28 марта 2007 г. № ГКПИ07-282(1), которое позволяет не принимать никакого из предусмотренных ст. 145 УПК РФ решений по заявлению о вынесении судьей, на взгляд заявителя, заведомо неправосудного судебного акта. Если разрешение такого повода неподведомственно органу предварительного расследования, заявление должно быть направлено по подследственности. Если нет оснований возбуждения уголовного дела, компетентный на принятие окончательного для первоначальной стадии уголовного процесса орган (должностное лицо) обязан вынести по заявлению постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, если есть основания для возбуждения уголовного дела, в действие должны вступить правила ст. 448 УПК РФ. Сейчас же судьи высшего органа правосудия нашего государства попытались водрузить судью-чиновника над законом. Вряд ли от этого улучшится качество правосудия.

В соответствии с ч. 3 ст. 145 УПК РФ, передавая заявление (сообщение) о преступлении по «подследственности» (в суд), следователь (дознаватель и др.) обязан принять меры к закреплению следов преступления. Согласно абз. 1 п. 19 Инструкции орган внутренних дел в аналогичной ситуации обязан к тому же принять необходимые меры по предотвращению или пресечению правонарушения.


(1)  См.: Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2008 года: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 4 марта 2009 года, 25 марта 2009 года.


Полностью согласен с рекомендацией сообщать тому органу предварительного расследования или в тот суд, в которые направлено сообщение о преступлении, о принятых мерах к сохранению следов преступления(1).

Названные меры могут осуществляться путем применения средств стадии возбуждения уголовного дела(2), как закрепленных в УПК РФ (ст. 144 и ч. 2 ст. 176 УПК РФ), так и не закрепленных в нем(3). У разных государственных органов эта деятельность по содержанию и форме неодинакова. На нее накладывает отпечаток осуществляемая учреждениями основная функция. Закрепление следов преступления может заключаться в охране места происшествия, ограждении его и фотографировании, но никак не производстве неотложных следственных действий, за исключением осмотра места происшествия(4), осмотра трупа и освидетельствования. Остальные следственные действия могут быть произведены только после возбуждения уголовного дела на последующей стадии (стадии предварительного расследования) уголовного процесса.

Абзацем 2 п. 19 Инструкции предусмотрено два специальных документа, оформляемых при передаче сообщения о происшествии по подследственности в другой орган внутренних дел. Это талон-уведомление о передаче сообщения о происшествии по территориальности и корешок талона-уведомления. Оба документа имеют одинаковый регистрационный номер. Причем, исходя из содержания приложения № 3 к Инструкции, незаполненные бланки этих двух документов также можно именовать талоном-уведомлением (бланком такового) о передаче сообщения о происшествии по территориальности. После же их заполнения талоном-уведомлением о передаче сообщения о происшествии по территориальности именуется лишь тот документ, который направляется вместе с сообщением о происшествии по «подследственности». Корешок талона-уведомления остается в органе внутренних дел, сотрудник которого принял сообщение о происшествии.

В талоне-уведомлении о передаче сообщения о происшествии по территориальности указываются:

  • номер по КУСП сообщения о происшествии направляемого по «подследственности»;
  • наименование органа, осуществившего прием и направление сообщения о происшествии по «подследственности»;
  • наименование органа, принявшего к своему производству направленное ему по «подследственности» сообщение о происшествии;

(1)  См.: Халиулин А.Г. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в ред. Федерального закона от 29 мая 2002 года / под общ. и научн. ред. А.Я. Сухарева. М. : НОРМА – ИНФРА-М, 2002. С. 248.
(2) Аналогичные суждения высказывают и иные авторы. См.: Григорьев В.Н. Указ. соч. С. 333; Калиновский К.Б. Указ. соч. С. 382.
(3) О том, что подобного рода меры осуществляются только посредством производства соответствующих процессуальных действий, ранее говорили некоторые авторы. См.: Великошин И.И. Обеспечение законности и обоснованности отказов в возбуждении уголовного дела : дисс. … канд. юрид. наук. М. : Академия МВД СССР, 1979. С. 17; Бородин С.В. Разрешение вопроса о возбуждении уголовного дела / под ред. Б.А. Викторова. М., 1970. С. 100–115.
(4) Аналогичного мнения придерживаются и другие авторы. См., к примеру: Голубев В.В. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.И. Радченко. М. : Юстицинформ, 2003. С. 326; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Новая редакция. М. : ЭКМОС, 2002. С. 271; Шевчук А.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / под  ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. М. : ЭКМОС, 2002. С. 271.


  • должность, фамилия, инициалы, подпись начальника следственного подразделения (подразделения дознания), принявшего к производству полученное по «подследственности» сообщение о происшествии;
  • номер в КУСП по новому месту регистрации сообщения о происшествии, полученного по «подследственности»;
  • должность, фамилия, инициалы, подпись сотрудника регистрационноучетного подразделения (оперативного дежурного), поставившего полученное по «подследственности» сообщение о происшествии на учет;
  • номер исходящего, день, месяц и год возвращения талона-уведомления в орган, его направивший;
  • почтовый адрес органа, которому талон-уведомление должен быть возвращен (органа, осуществившего прием и направление сообщения о происшествии по «подследственности»).

Согласно абз. 3 п. 19 Инструкции направленный вместе с материалом талонуведомление о передаче сообщения о происшествии по территориальности возвращается в орган внутренних дел, которым он был направлен. Возвращение талона-уведомления – обязанность органа внутренних дел, которому материал поступил по «подследственности» для рассмотрения и разрешения.

Действия, указанные в абз. 2–3 п. 19 Инструкции, осуществляются, во-первых, для предотвращения возможности укрытия сообщения о происшествии от учета путем пересылки материала его проверки в другой орган внутренних дел. Во-вторых, для того чтобы зарегистрировать заявление (сообщение) о происшествии, в том числе и о любом преступлении, можно было в каждом органе внутренних дел вне зависимости от подследственности преступления по территориальному признаку.

В абзаце 4 п. 19 Инструкции ведомством определяется порядок действий, если по результатам проверки сообщения о преступлении усматриваются признаки объективной стороны состава преступления частного обвинения.

МВД России предписывает такого рода заявление и материалы проверки с сопроводительным письмом направлять мировому судье. Данное процессуальное решение действительно предусмотрено п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ. Некоторыми процессуалистами оно именуется передачей сообщения о преступлении «по подсудности»(1).

Каков смысл данного процессуального решения и как оно соотносится с обязанностью органа дознания возбуждать уголовные дела в каждом случае выявления (поступления сообщения) уголовно процессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления? Попробуем ответить на поставленный вопрос.

Возможность принятия органом предварительного расследования данного процессуального решения предопределена наличием определенных границ его подведомственности, а также ст. 318 УПК РФ, согласно которой уголовные дела о таких преступлениях могут быть возбуждены путем подачи потерпевшим (его законным представителем, близким родственником умершего потерпевшего) заявления мировому судье.


(1) См.: Масленникова Л.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. М. : Юрист, 2002. С. 303; Калиновский К.Б. Указ. соч. С. 382; Безлепкин Б.Т. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И.Л. Петрухина. М. : ТК Велби, 2002. С. 211; Безлепкин Б.Т. Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М. : ВИТРЭМ, 2002. С. 181.


Между тем наличие в российском уголовном процессе дел частного обвинения не исключает прав следователя и некоторых дознавателей, органов дознания (допустим, другого района) при наличии заявления пострадавшего (а в случае совершения деяния в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами, и без такового) приступить к уголовному процессу и принять решение по заявлению о преступлении. Мало того, у указанных органов (должностных лиц), несмотря на то, что речь идет о деле частного обвинения (конечно, если имелись основания начала уголовного процесса), остается обязанность в каждом случае обнаружения признаков преступления принимать предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ). Исходя из того, что дела частного обвинения отнесены к подследственности органов дознания, ни о какой передаче органом предварительного расследования, уполномоченным возбуждать уголовные дела данной категории, заявления о преступлении в суд на стадии возбуждения уголовного дела не может быть и речи.

Поступившее в орган предварительного расследования по делам частного обвинения заявление о преступлении может быть передано в суд лишь в том случае, когда из-за ограничения ч. 3 ст. 40 и ст. 157 УПК РФ его подведомственности сам орган предварительного расследования не вправе рассмотреть и разрешить данное заявление.

Заявление о преступлении передается не в любой суд. Оно может быть передано лишь мировому судье, на территории обслуживания которого совершено преступление, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 32 и 35 УПК РФ, а равно ст. 5 и 6 Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

К такому выводу приводит комплексный анализ всех норм УПК РФ, регламентирующих порядок принятия, рассмотрения и разрешения заявлений (сообщений) о преступлениях, отнесенных законодателем к делам честного обвинения. Но в Инструкции он игнорируется. Сотрудникам органов внутренних дел «разрешают», не исполняя обязанность, предусмотренную ч. 1–3 ст. 21 УПК РФ, направлять заявление о преступлении и материалы проверки мировому судье.

Однако следует заметить, что и в этом случае заявление о преступлении сначала принимается, регистрируется в КУСП и только после этого проверяется, а в случае выявления уголовно процессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления, отнесенного к категории дел частного обвинения, направляется мировому судье.

В абзаце 4 п. 19 Инструкции упомянуто лишь одно исключение из этого правила. Но их по крайней мере два. Незачем направлять мировому судье также заявление о совершении преступления лицом, указанным в ст. 447 УПК РФ. Такого рода уголовные дела могут быть возбуждены лишь в порядке, предусмотренном ст. 448 УПК РФ. Мировой судья уголовные дела в отношении лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ, возбуждать не вправе.

Разъясняя положения абз. 6 п. 19 Инструкции, хотелось бы отметить, что его авторы хотели указать на отсутствие необходимости регистрации в КУСП заявлений граждан специального характера, связанных с утратой или выдачей удостоверений, разрешений, лицензий, справок, заключений, государственных регистрационных знаков, талонов, паспортов, актов, документов, предоставляющих или восстанавливающих какое-либо право. Однако прямо они этого не сделали. То обстоятельство, что ведомство предписывает учитывать такого рода заявления «в отдельных учетных формах», вряд ли может быть расценено как запрет регистрации сообщений также в КУСП. Соответственно, скорее за то, что такого рода заявления не будут зарегистрированы в КУСП, можно привлечь должностное лицо органа внутренних дел к ответственности, чем за то, что оно помимо учета в отдельных учетных формах зарегистрировало данное сообщение также в КУСП.

И второе. Если в каком-либо из вышеперечисленных заявлений будут содержаться уголовно, процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления либо административно, юрисдикционно значимые признаки объективной стороны состава административного проступка, мы бы рекомендовали регистрировать сообщение в КУСП. С учетом прямого предписания ведомства одновременно такое сообщение о происшествии должно быть учтено в отдельных учетных формах.

Особенностям регистрации поступившего в орган внутренних дел «по подследственности» сообщения о происшествии посвящен п. 20 Инструкции. Первый абзац названного пункта возлагает на орган внутренних дел, в который по «подследственности» поступило «сообщение о происшествии», обязанность письменно уведомить о данном факте должностное лицо, подписавшее сопроводительное письмо.

В пункте 20 Инструкции упоминается лишь о сообщении о происшествии. Между тем, исходя из содержания предшествующих пунктов Инструкции, в орган внутренних дел направляется не одно заявление (сообщение) о происшествии, а как минимум вместе с сопроводительным письмом и обычно с материалами его проверки.

Получив такие материалы из органа внутренних дел, должностное лицо обязано его зарегистрировать в КУСП, дооформить талон-уведомление о передаче сообщения по территориальности и направить его «отправителю». Под «отправителем» здесь подразумевается не заявитель, а орган предварительного расследования, принявший решение, предусмотренное п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ (о передаче сообщения по «подследственности»). Если таковым был не следователь (дознаватель и др.) органа внутренних дел, а другой орган предварительного расследования, в адрес последнего также должен быть направлен письменный документ, свидетельству ющий не только о получении материала, он и о его регистрации в КУСП. Мы рекомендовали бы отражать в данном документе все те сведения, которые должны быть зафиксированы в талоне-уведомлении о передаче сообщения по территориальности.

В соответствии с требованиями абз. 2 п. 19 Инструкции при передаче по территориальности в другой орган внутренних дел материалы направляются с приложением талона-уведомления о передаче сообщения о происшествии по территориальности. Но может иметь место ситуация, когда с материалом, направленным по «подследственности», талона-уведомления не поступило. И такое сообщение о происшествии подлежит регистрации в КУСП. И о получении (регистрации в КУСП) данного материала следует уведомлять орган внутренних дел, направивший его по территориальности, письменно.

В абзаце 2 п. 20 Инструкции ведомство поясняет, с какого момента следует исчислять установленный ст. 144 УПК РФ срок стадии возбуждения уголовного дела в случае получения сообщения о происшествии (всего материала с сопроводительным письмом) по территориальности. Ведомство полагает, что названный срок следует исчислять с момента поступления в орган внутренних дел по «подследственности» сообщения о происшествии. Безупречно ли данное правило с позиции уголовно-процессуального закона? Чтобы ответить на поставленный вопрос, проанализируем место решения о направлении заявления (сообщения) о преступлении в системе процессуальных решений, а равно требования УПК РФ к сроку предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении.

Сроки вынесения постановления о передаче заявления (сообщения) по подследственности, бесспорно, отличаются от общих сроков рассмотрения, разрешения заявления (сообщения) о преступлении, но между тем тесно с ними связаны.

Следуя логике ст. 144 и 145 УПК РФ, по поступившему заявлению, сообщению в первую очередь должен быть решен вопрос о подведомственности. Если заявление, сообщение не может быть передано по подведомственности (подследственности в порядке п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ), следователи (дознаватели и др.) обязаны принять окончательное для стадии возбуждения уголовного дела решение. Стадия возбуждения уголовного дела, таким образом, четко разделяется на две самостоятельные части, два самостоятельных этапа. Каждый из них характеризуется специфического рода задачами, деятельностью, заканчивающейся конкретным процессуальным решением.

Первый этап – подготовительный. Его основной задачей является определение  подведомственности преступления, отраженного в поводе, давшем начало течению уголовного процесса.

Второй – исключительный. Иначе – этап сбора достаточных данных, указываюих на признаки преступления(1). Именно его задачами является активное уяснение наличия предпосылок для возбуждения уголовного дела одновременно с ограждением стадии предварительного расследования от работы над бесспорно непреступными либо не имеющими место в реальности фактами.

Указанные в ст. 144 УПК РФ сроки касаются периода, в течение которого стадия возбуждения уголовного дела проходит два этапа. Решение же, о котором идет речь в п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ (абз. 2 п. 19 Инструкции), завершает течение одного из этих этапов – первого подготовительного этапа. Между тем не только это решение может разграничивать два этапа стадии возбуждения уголовного дела. Определив подведомственность заявления (сообщения) о преступлении, должностное лицо, кроме того, может принять решение о возможности (и обязанности) самостоятельного производства предварительной проверки.

Установление места решения о возможности (и обязанности) самостоятельного производства предварительной проверки (о передаче сообщения по «подследственности» или в суд) в уголовном процессе имеет важное практическое значение. А заключается оно в следующем. Ясно очерчиваются рамки двух этапов. Если принять за аксиому исключительность второго из них, то становится ясным, о чем говорит законодатель в ст. 144 УПК РФ, упоминая о сроках принятия решения по заявлению, сообщению.

Решение о самостоятельном производстве предварительной проверки (о передаче сообщения по подследственности или в суд), а когда нет второго этапа – о возбуждении уголовного дела, в обязательном случае должно быть принято в трехдневный срок. То обстоятельство, что определение подведомственности не правомерно  затягивать на более продолжительное время, однако, ни в коей мере не означает, что в течение трех дней нельзя завершить также и деятельность, присущую второму этапу. Необходимо, повторимся, определять подведомственность, то есть регистрировать заявление (сообщение) о преступлении в КУСП, получать в этих целях объяснения, принимать не только решение о передаче заявления (сообщения) по подследственности или в суд, но и о принятии такового к производству в рамках временного промежутка, названного в ст. 144 УПК РФ первым, то есть состоящего из трех суток.


(1)  В дальнейшем для краткости: этап сбора достаточных данных.


Продлению срок проверки подлежит, если имеет место не только первый, но и второй, «исключительный», этап этой стадии, этап сбора достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Исключительность этого этапа неоднократно отмечалась в правовых источниках. Обосновывая позицию об обязанности органов дознания и других уполномоченных на то учреждений и должностных лиц возбуждать уголовные дела по каждому заявлению (сообщению) о преступлении, некоторые ученые тем самым рассматривали ситуацию, когда основания для возбуждения уголовного дела имеются уже в поводе. Действительно, в одном поводе могут одновременно содержаться и уголовно процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления, и обстоятельства, перечисленные в ст. 24 УПК РФ. Часто в поводе недостаточно сведений для принятия решения о возбуждении уголовного дела. Это и есть исключительные случаи, при возникновении которых возможно продление срока предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении.

Здесь усматривается следующая логическая цепочка законодателя: обычно признаки преступления, закрепленные в поводе, несмотря на свой вероятностный характер, уже по своей природе достаточны для возбуждения уголовного дела. Но всех ситуаций предусмотреть невозможно. Поэтому в исключительных случаях компетентный орган вправе применить законные для этой стадии процесса средства доказывания в целях выявления, закрепления и тем самым уточнения некоторых деталей, привносящих неоднозначное восприятие закрепленных в поводе сведений.

Разделение стадии возбуждения уголовного дела на этапы позволяет правильно оценить содержание ст. 144 УПК РФ. Если буквально толковать эту норму, сейчас нельзя признать нарушением уголовно-процессуального закона передачу заявлений (сообщений) о преступлении по «подследственности» по окончании десятидневного, а то и тридцатидневного срока предварительной проверки. Тем не менее большинство процессуалистов всегда отмечали «промежуточный» характер этого решения по отношению к стадии возбуждения уголовного дела(1).

Поэтому можно утверждать, что оно при наличии к тому оснований должно быть принято немедленно по установлению подведомственности, однако не далее чем через трое суток со дня поступления в орган предварительного расследования указанного заявления (сообщения) о преступлении. Продлению предусмотренный ч. 1 ст. 144 УПК РФ срок подлежит только в случае необходимости производства деятельности, осуществляемой на этапе сбора достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Передача заявления (сообщения) о преступлении по подведомственности по истечении более чем трехдневного срока обладания органом предварительного расследования информацией о совершенном преступлении является нарушением уголовно-процессуального закона. Не соответствует предписаниям закона и передача по «подследственности» вместе с заявлением (сообщением) о преступлении материала предварительной проверки. Если предварительная проверка произведена, а возбудить уголовное дело орган предварительного расследования все же не вправе, материалы такой предварительной проверки могут быть приобщены к уголовному делу лишь в рамках уголовно-процессуального собирания доказательств, на последующих стадиях уголовного процесса.


(1) См., например: Дознание в органах внутренних дел : учеб. пособие. М. : МВШМ МВД СССР, 1986. С. 53.


Таким образом, с позиции УПК РФ (ч. 1 ст. 144 УПК РФ) срок предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении должен исчисляться с момента начала стадии возбуждения уголовного дела – с момента приема заявления (сообщения) о преступлении. МВД России в формулировке абз. 2 п. 20 Инструкции игнорировало это требование. Пошло на поводу у практики. Вместо того чтобы организовать уголовно-процессуальную деятельность, дабы не терять время при передаче заявления (сообщения) о преступлении по подследственности, оно решило возможным разрешить сотрудникам органов внутренних дел нарушать требования закона и бессрочно осуществлять деятельность до момента поступления заявления (сообщения) о преступлении в другой орган внутренних дел по подследственности.

То обстоятельство, что согласно абз. 2 п. 20 Инструкции с момента приема заявления (сообщения) о преступлении, совершенном на территории обслуживания другого органа внутренних дел, срок его проверки (срок стадии возбуждения уголовного дела) течь не начинает, бесспорно, будет иметь следствием факты волокиты и серьезных нарушений уголовно-процессуальных сроков, предусмотренных ч. 1 и 3 ст. 144 УПК РФ.

Но так, впрочем, было и ранее. И в отмененных, ныне не действующих приказах МВД России (к примеру, абз. 3 п. 20 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, утвержденной приказом МВД России от 1 декабря 2005 г. № 985), регулирующих порядок исчисления срока проверки заявления (сообщения) о преступлении, совершенном за пределами территории обслуживания органа внутренних дел, правило исчисления срока предварительной проверки было таким же, как и то, что предусмотрено абз. 2 п. 20 Инструкции.

Также по этой теме: