Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Пленум Верховного Суда РФ о залоге и домашнем аресте

Пленум Верховного Суда РФ о залоге и домашнем аресте

Пленум Верховного Суда РФ о залоге и домашнем аресте

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №5 год - 2010

Рыжаков А.П.

 

 

13 января с. г. высший орган правосудия нашего государства в своем постановлении от 29 октября 2009 г. № 22 «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» (далее – Постановление) разъяснил некоторые положения, касающиеся избрания таких мер пресечения, как залог и домашний арест. Мы попытаемся прокомментировать данные положения в настоящей публикации. Начнем с залога.
Сущность залога состоит во внесении обвиняемым (подозреваемым) либо другим физическим или же юридическим лицом на депозитный счет суда, избравшего данную меру пресечения, денег, ценных бумаг или ценностей в целях:
–        обеспечения явки к следователю (дознавателю) или в суд обвиняемого (подозреваемого);
–        предупреждения совершения им новых преступлений.

Вид и размер залога определяются судом, избравшим данную меру пресечения, с учетом характера совершенного преступления, данных о личности обвиняемого (подозреваемого) и имущественного положения залогодателя. Процедура избрания данной меры пресечения следующая. При наличии к тому фактических оснований следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора в любой момент производства по уголовному делу вправе возбудить перед судом ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога. Если внесение залога применяется вместо ранее избранных мер пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, то обвиняемый (подозреваемый) остается под стражей или домашним арестом до, как следует из абз. 1 п. 27 Постановления, вынесения судом постановления об освобождении обвиняемого (подо­зреваемого) из­под стражи в связи с внесением на депозитный счет суда залога, который был определен судом, избравшим эту меру пресечения.

Абзац 3 п. 26 Постановления гласит: «При применении в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде залога его вид и размер согласно части 1 статьи 106 УПК РФ определяются с учетом характера совершенного преступления, данных о личности подозреваемого или обвиняемого, его материального положения, а также имущественного положения залогодателя». Думается, данная формулировка не совсем точна. Суд определяет вид и размер залога скорее при избрании, а не «при применении» залога в качестве меры пресечения. Применяется же залог уже в соответствии с тем решением, которое принято судом при избрании данной меры пресечения.

Залог может быть внесен как непосредственно самим обвиняемым (подозреваемым), так и любым другим лицом или организацией. Когда о внесении залога ходатайствует лицо, не являющееся обвиняемым (подозреваемым), то ему разъясняются сущность дела (подозрения, обвинения), по которому избрана данная мера пресечения, а также связанные с ней обязательства и последствия их невыполнения или нарушения. То обстоятельство, что залогодатель ставится в известность о сущности дела, по которому избрана данная мера пресечения, означает, что в протоколе о залоге должны быть указаны время, место, способ, последствия и иные обстоятельства совершения преступления, а также юридическая оценка (квалификация) совершенного обвиняемым (подозреваемым) общественно опасного деяния. Процедура принятия залога детально законом не регламентирована. На практике механизм избрания данной меры пресечения может представлять собой следующую цепь действий. Получив ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога, следователь (дознаватель) выносит постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде залога и получает согласие руководителя следственного органа (прокурора) на обращение с этим постановлением в суд.

Получив от следователя (дознавателя) искомое постановление и материалы уголовного дела, в которых содержатся фактические основания избрания данной меры пресечения, суд в порядке, предусмотренном ст. 108 УПК РФ, проводит судебное заседание, в ходе которого принимает решение об избрании в отношении обвиняемого (подозреваемого) меры пресечения в виде залога. Затем о принятом решении сообщается залогодателю. Последнему разъясняется, что он должен внести на депозит суда, который принял решение об избрании названной меры пресечения, оговоренную в постановлении судьи сумму и принести следователю (дознавателю) квитанцию, свидетельствующую об этом. После принесения залогодателем указанной квитанции следователь (дознаватель) оформляет протокол о принятии залога, копия которого вручается залогодателю. С этого момента данная мера пресечения считается примененной.

Залог вне зависимости от того, кто его внес, обращается в доход государства в случае невыполнения или нарушения обвиняемым (подозреваемым) обязательств, связанных с внесенным за него залогом. Обращение залога в доход государства осуществляется по судебному решению, выносимому в соответствии со ст. 118 УПК РФ. Во всех остальных случаях суд при вынесении приговора, а также определения, постановления о прекращении уголовного дела должен разрешить вопрос о возвращении залога залогодателю. При прекращении уголовного дела следователем (дознавателем) залог возвращается залогодателю, о чем должно быть указано в постановлении о прекращении уголовного дела. Высший орган правосудия нашего государства неоднократно обращал внимание судей на важность обсуждения при рассмотрении вопроса о заключении подозреваемого (обвиняемого) под стражу (продления содержания обвиняемого под стражей) вопроса о возможности избрания (изменения) в отношении подозреваемого (обвиняемого) иной меры пресечения, не связанной с лишением его свободы. Суду при рассмотрении ходатайства о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока ее действия по собственной инициативе или по ходатайству участников судебного разбирательства в каждом случае надлежит обсуждать вопрос о возможности применения к подозреваемому, обвиняемому иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу.

Рассматриваемое процессуальное решение может быть принято «по соб­ственной инициативе или по ходатайству участников судебного разбирательства». То обстоятельство, что высший орган правосудия нашего государства употребил термин «участники судебного разбирательства», позволяет говорить, что принятие рассматриваемого решения судом может быть осуществлено в результате рассмотрения ходатайства любого являющегося стороной участника судебного разбирательства.

В соответствии с законом меры пресечения в виде залога и домашнего ареста применяются в отношении подозреваемого или обвиняемого только по решению суда (п. 1 ч. 2 ст. 29 УПК РФ) и в том порядке, который установлен ст. 108 УПК РФ для заключения под стражу. При применении в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде залога его вид и размер согласно ч. 1 ст. 106 УПК РФ определяются с учетом характера совершенного преступления, данных о личности подозреваемого или обвиняемого, его материального положения, а также имущественного положения залогодателя. Принятое на стадии предварительного расследования решение о применении в качестве меры пресечения залога или домашнего ареста в отношении подозреваемого согласно положениям ст. 100 УПК РФ действует не свыше 10 суток. Если в указанный срок обвинение будет предъявлено, то избранная мера пресечения продолжает действовать на всем протяжении предварительного расследования и нахождения уголовного дела у прокурора с обвинительным заключением, а также в суде при рассмотрении дела, – гласит п. 26 анализируемого Постановления.

По общему правилу обвинение «подозреваемому» должно быть предъявлено «не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения». Указанный срок продлению не подлежит. В соответствии с правилами ч. 2 ст. 128 УПК РФ срок, о котором идет речь в ст. 100 УПК РФ, истекает в 24 часа последних суток. «Не позднее 10 суток» означает, что если обвинение предъявлено на десятые сутки, то данное требование не нарушено.

В ч. 2 ст. 128 УПК РФ закреплено также правило, согласно которому, если окончание срока приходится на нерабочий день, то последним днем срока считается первый следующий за ним рабочий день. Данное правило не распространяется на исчисление рассматриваемых сроков, когда к подозреваемому применена одна из мер пресечения – заключение под стражу или домашний арест. Когда же в отношении подозреваемого избрана любая иная мера пресечения, буквальное толкование ч. 2 ст. 128 УПК РФ позволяет нам утверждать, что данное правило будет действовать.

Теперь следует определиться с моментом, с которого начинается применение меры пресечения. Некоторые авторы пишут, что «срок в 10 суток, в течение которого обвинение должно быть предъявлено подозреваемому, начинает течь с момента вынесения постановления… об избрании меры пресечения». Однако окончательное оформление такого процессуального документа нельзя признать фактом применения меры пресечения. Представим ситуацию, что, находясь на свободе, лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, скрылось от органов предварительного расследования. Постановление об избрании такому лицу меры пресечения может быть вынесено, а мера пресечения не будет применена, пока подозреваемый не разыскан. Уже один только этот аргумент показывает, что вынесение постановления об избрании меры пресечения и его применение не являются одним и тем же явлением. Моментом применения домашнего ареста следует считать день, когда подозреваемому было объявлено постановление об избрании в отношении него данной меры пресечения и вручена копия названного документа. Данный факт подозреваемый удостоверяет своей подписью в конце первого экземпляра постановления, который подшивается в материалы уголовного дела. Залог же по общему правилу считается примененным сразу после того, как оформляется протокол о принятии залога, копия которого вручается залогодателю.

Абзац 4 п. 26 Постановления посвящен ситуации, когда обвинение было предъявлено без нарушения сроков, предусмотренных ст. 100 УПК РФ. Между тем таковые могут быть и нарушены. Остается неясным, что в этом случае произойдет с примененной до предъявления обвинения мерой пресечения в виде залога или домашнего ареста?

По общему правилу, если указанный в ст. 100 УПК РФ срок нарушен, по его истечении мера пресечения считается недействующей. Между тем полагаем, что и в этом случае необходимо выносить специальное постановление об отмене такой меры пресечения. Однако и тогда, когда постановление своевременно не было вынесено, нарушение требований такой меры пресечения, как залог либо домашний арест, по истечении предусмотренного ст. 100 УПК РФ срока в случае невынесения следователем (дознавателем) постановления о привлечении в качестве обвиняемого не может иметь негативных последствий для лица, в отношении которого мера пресечения была избрана. Нетрудно заметить, что мы в своем пояснении ведем речь о вынесении постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, а в ст. 100 УПК РФ, а также в абз. 4 п. 26 Постановления говорится о предъявлении обвинения. Несомненно, это разные, хотя и связанные между собой, правовые институты. Почему же мы пишем о привлечении лица в качестве обвиняемого? Да потому что, во­первых, ст. 100 УПК РФ требует предъявить в 10(30)­суточный срок «обвинение подозреваемому», хотя известно, что сначала выносится постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и лишь после этого оно предъявляется. Согласно же п. 1 ч. 1 ст. 47 УПК РФ лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого, признается обвиняемым. И соответственно, во­вторых, обвинение не может быть предъявлено подо­зреваемому. Как только будет вынесено (окончательно оформлено) постановление о привлечении в качестве обвиняемого, лицо станет обвиняемым, и, таким образом, обвинение будет предъявлено уже обвиняемому. И если рассматриваемый субъект скроется от органов предварительного расследования и суда, в розыск будет объявлен не подозреваемый, а обвиняемый. И хотя обвинение ему в течение 10 (30) суток с момента применения меры пресечения предъявлено не было, он является нарушителем меры пресечения. А это уже длящееся правонарушение. Таким образом, избранная в порядке ст. 100 УПК РФ мера пресечения считается не отмененной на всем протяжении уголовного процесса и в том случае, когда обвинение лицу, в отношении которого была избрана мера пресечения в порядке ст. 100 УПК РФ, не может быть предъявлено в связи с тем, что обвиняемый скрылся от органов предварительного расследования и суда.

Процедуру избрания меры пресечения в виде залога в отношении лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, пленум Верховного Суда РФ разъясняет в абз. 1 и 2 п. 27 Постановления.
Вопрос об избрании в отношении задержанного в порядке ст. 91 и 92 УПК РФ подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения в виде залога рассматривается:
–        если «заявлено ходатайство подозреваемого, обвиняемого, его защитника или законного представителя об избрании меры пресечения в виде залога» либо «по собственной инициативе»;
–        «при условии признания судом задержания подозреваемого, обвиняемого законным и обоснованным».
В этой связи хотелось бы обратить внимание правоприменителя на два обстоятельства. Ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога вправе заявить и иные являющиеся стороной участники уголовного процесса, к примеру потерпевший, его представитель или законный представитель. Именно поэтому здесь же высший орган правосудия нашего государства пишет, что ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога рассматривается «с участием сторон». Избранная высшим органом правосудия нашего государства формулировка абз. 1 п. 27 Постановления позволяет предположить, что, по его мнению, если задержание незаконно и (или) необоснованно, судья обязан освободить подозреваемого (обвиняемого) из­под стражи еще до разрешения вопроса о мере пресечения. Иначе, почему суд вправе рассмотреть ходатайство об избрании меры пресечения в виде залога лишь при условии признания задержания подозреваемого (обвиняемого) законным и обоснованным?

В абз. 1 п. 27 Постановления также указано, что «при внесении залога на депозитный счет суда подозреваемый, обвиняемый освобождается из­под стражи, о чем судья выносит постановление в порядке, установленном статьей 108 УПК РФ». Вернее было бы сказать: при внесении залога на депозитный счет суда судья обязан в порядке, установленном ст. 108 УПК РФ, вынести постановление об освобождении подозреваемого, обвиняемого из­под стражи и принять меры к немедленному исполнению своего решения. Иначе говоря, если внесение залога применяется в отношении подозреваемого, задержанного по подозрению в совершении преступления (задержанного обвиняемого), то последний остается в изоляторе временного содержания (ином месте содержания под стражей) до вынесения судом постановления об освобождении подозреваемого (обвиняемого) из­под стражи в связи с внесением на депозитный счет суда залога, который был определен судом, избравшим эту меру пресечения.
Если залог не внесен в течение 48 часов со времени задержания подозреваемого, обвиняемого, судья, исходя из смысла п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ, вправе продлить рассмотрение ходатайства о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу или залога на 72 часа. Решение о продлении рассмотрения «ходатайства о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу или залога на 72 часа» судья вправе принять только при наличии двух ходатайств:
1)         об избрании меры пресечения в виде залога;
2)         о продлении срока задержания для представления стороной дополнитель­ ных доказательств обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения или, как его именует пленум Верховного Суда РФ, – о продлении срока «рассмотрения ходатайства о применении к подозрева­ емому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу или залога». Для вынесения данного решения может состояться еще одно судебное заседание. На первом судебном заседании судья решает вопрос об избрании в соответствии со ст. 106 УПК РФ в отношении задержанного подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения в виде залога с определением его вида и размера. На втором, в случае если залог не внесен в течение 48 часов со времени задержания подозреваемого (обвиняемого), – рассматривается и разрешается ходатайство о продлении срока задержания (не более чем на 72 часа) для представления стороной доказательств внесения на депозитный счет суда залога того вида и размера, которые были установлены судом. Иначе, внесение залога должно состояться во время судебного заседания или до принятия судом решения о виде и размере залога. И то и другое вряд ли возможно.

В случае невнесения залога в срок, указанный в постановлении суда, судья в установленном порядке рассматривает ходатайство следователя (дознавателя) о применении к подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения в виде заключения под стражу уже в третьем судебном заседании. Однако судебных заседаний может быть и меньше, если процедура принятия решения об избрании меры пресечения в виде залога будет аналогична той, что предложена высшим органом правосудия нашего государства в абз. 3 п. 27 Постановления. На первом судебном заседании судья решает вопрос о применении к задержанному меры пресечения в виде залога с определением его вида и размера, а равно срока, в течение которого в суд должно быть представлено доказательство внесения этого залога. На втором заседании в зависимости от того, представлены либо нет соответствующие материалы, принимается одно из следующих решений:
1)         об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу;
2)         об избрании меры пресечения в виде залога;
3)         об отказе в удовлетворении ходатайств об избрании указанных мер пресечения и освобождении подозреваемого (обвиняемого) из­под стражи.
Однако такая двух­, а не трехэтапная процедура разрешения искомых ходатайств в некоторой степени не соответствует закрепленному в ч. 7 ст. 108 УПК РФ правилу. Согласно указанной норме права в судебном заседании выносится «одно из следующих постановлений» либо постановление об избрании меры пресечения или о продлении срока задержания. Одновременное оформление одним постановление двух подобного рода решений прямо противоречит требованиям ч. 7 ст. 108 УПК РФ.

В последнем предложении абз. 2 п. 27 Постановления пленум Верховного Суда РФ предписывает судам «в случае невнесения залога в срок, указанный в постановлении суда», «в установленном порядке» рассматривать «ходатайство следователя или дознавателя о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу». Думается, данное требование касается также ситуации внесения залога не того вида или в меньшем размере, пусть даже и в срок, указанный в постановлении суда.

В абз. 3 п. 27 Постановления высший орган правосудия нашего государства «позволяет» в одном постановлении избирать одну меру пресечения (залог) и одновременно продлевать срок другой меры пресечения (заключение под стражу). Не уверен, что такое решение безупречно с позиции уголовно­процессуального закона. С одной стороны, конечно, законодатель не запрещает избрания в отношении одного и того же обвиняемого одновременно двух мер пресечения; к примеру, на практике бывают случаи избрания в отношении несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым (ст. 105 УПК РФ) и наряду с ней подписки о невыезде и надлежащем поведении (ст. 102 УПК РФ). С другой – уголовно­процессуальным является только то решение, принятие которого урегулировано УПК РФ либо иным источником уголовно­процессуального права. УПК РФ же не предусмотрено вынесение постановления об одновременном избрании залога без отмены заключения под стражу, да еще и с продлением срока содержания под стражей.
Не будем вдаваться в дискуссию по данному вопросу. Достаточно того, что мы обратили внимание правоприменителя на то обстоятельство, что рекомендация высшего органа нашего государства может быть истолкована неоднозначно. Применительно же к анализируемому предложению хотелось бы добавить лишь следующее. И в ситуации, описанной в абз. 3 п. 27 Постановления, обвиняемый освобождается из­под стражи только после получения администрацией места его содержания соответствующего постановления суда. Такое постановление выносится в порядке, установленном ст. 108 УПК РФ, причем только после получения судом доказательств внесения залога на депозитный счет суда.

А теперь дадим характеристику такой мере пресечения, как домашний арест. Домашний арест заключается в двух видах ограничений:
–          обязательные ограничения;
–          возможные ограничения.
Обязательные ограничения применяются в каждом случае избрания данной меры пресечения. Это такая разновидность ограничений, связанных со свободой передвижения обвиняемого (подозреваемого), как запрет:
1)         общаться с определенными лицами;
2)         получать и отправлять корреспонденцию;
3)         вести переговоры с использованием любых средств связи.
Помимо обязательных ограничений к обвиняемому (подозреваемому), в отношении которого избрана мера пресечения домашний арест, могут применяться некоторые другие меры, которые к остальным подозреваемым и обвиняемым (даже по одному и тому же уголовному делу) не применяются. Таковыми могут быть полный запрет покидания жилого помещения, где он проживает; запрет посещения определенных мест; запрет выхода из дома в определенное время и (или) в определенные дни и др.

Все и каждое ограничение должны быть отражены в постановлении или определении об избрании данной меры пресечения. Здесь также фиксируется решение о том, на какой орган или должностное лицо возлагается осуществление надзора за соблюдением установленных судом ограничений. Домашний арест в качестве меры пресечения избирается в отношении обвиняемого (подозреваемого) и только по решению суда, о чем суд выносит постановление или определение. Постановление (определение) выносится при наличии фактических оснований и в порядке, которые установлены для заключения под стражу, с учетом возраста, состояния здоровья, семейного положения и других обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого (подозреваемого). Мере пресечения в виде домашнего ареста, и в частности особенностям ее избрания, посвящены уже ранее прокомментированные пункты, а равно п. 28 анализируемого Постановления. Несомненно, формулировка его абз. 1 («домашний арест в качестве меры пресечения может быть избран в любой момент производства по уголовному делу по ходатайству участников судебного разбирательства или по инициативе суда») условна. Домашний арест в качестве меры пресечения может быть избран не «в любой момент производства по уголовному делу», а только после того, как в распоряжении следователя (дознавателя), во­первых, впервые появились фактические основания избрания меры пресечения, во­вторых, имеются обстоятельства, наличие которых обязательно для избрания такой меры пресечения, как домашний арест. Не всегда сразу после возбуждения уголовного дела тотчас в уголовном процессе появляется и лицо, подозреваемое в совершении преступления. По меньшей мере, когда такого субъекта на стадии предварительного расследования еще нет и нет обвиняемого, никакая мера пресечения, в том числе и домашний арест, избрана быть не может.

Исходя из текста абз. 1 п. 28 Постановления, домашний арест в качестве меры пресечения может быть избран «по ходатайству участников судебного разбирательства или по инициативе суда». В этой связи возникает вопрос, любой ли «участник судебного разбирательства» и только ли участники именно судебного разбирательства могут заявить ходатайство об избрании такой меры пресечения, как домашний арест? Данная мера пресечения может быть избрана на стадии предварительного расследования, когда еще нет участников судебного разбирательства. Могут быть участники судебного заседания по рассмотрению ходатайства об избрании искомой меры пресечения. Но сначала должно быть заявлено ходатайство о ее избрании, и только после этого появятся участники судебного заседания. Причем мы не стали бы их именовать участниками судебного разбирательства. Именно поэтому предлагается толковать употребленный здесь высшим органом правосудия нашего государства термин «участники судебного разбирательства» как являющиеся стороной участники уголовного процесса или, проще, «стороны». Второй интересный момент. Суд действительно вправе избрать меру пресечения в виде домашнего ареста по собственной инициативе. Но для этого у него должны появиться материалы, подтверждающие как минимум наличие фактических оснований избрания меры пресечения. Такие материалы у него будут только в случае заявления ходатайства об избрании какой­либо из мер пресечения, применение которых возможно только по судебному решению. Таким образом, инициатива избрания домашнего ареста может принадлежать суду, но инициатива избрания меры пресечения и в этом случае будет принадлежать сторонам. На стадии предварительного расследования же такая инициатива первым может быть проявлена только органом предварительного расследования. Только он располагает материалами, обосновывающими необходимость избрания меры пресечения, без которых никакой суд не станет рассматривать ходатайство об избрании меры пресечения и тем более принимать решение об избрании меры пресечения «по собственной инициативе».

Отсутствие инициативы органа предварительного расследования об избрании в отношении конкретного лица меры пресечения, применение которой возможно только по решению суда, полностью лишает суд возможности на стадии предварительного расследования по собственной инициативе избрать какую­либо меру пресечения. Более того, в ряде случаев орган предварительного расследования имеет альтернативу: он с ходатайством об избрании меры пресечения вправе обратиться в суд по месту производства предварительного расследования или же по месту задержания подозреваемого (а пленум Верховного Суда РФ считает – и обвиняемого). Таким образом, обратившись, к примеру, по месту задержания подозреваемого с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, следователь (дознаватель) лишает суд по месту производства предварительного расследования возможности не только по собственной инициативе избрать такому подозреваемому домашний арест, но и разрешить соответствующее, допустим, по­ступившее в его адрес по почте ходатайство. Получается, инициатива суда в избрании меры пресечения не такая же, что и у органа предварительного расследования. Возможности использовать ее у суда гораздо меньше. При «умелой» организации предварительного расследования следователь (дознаватель) в настоящее время имеет возможность лишить суд возможности реализовать «провозглашенное» в законе право суда «по собственной инициативе» принимать решение об избрании, в нашем случае, меры пресечения в виде домашнего ареста. При избрании меры пресечения в виде домашнего ареста суд должен учитывать не только возраст, состояние здоровья, семейное положение подозреваемого (обвиняемого), но и наличие у него постоянного места жительства по месту производства предварительного расследования (судебного разбирательства), наличие (отсутствие) судимости (рецидива), срок отбывания наказания в местах лишения свободы, сколько времени после освобождения он находился на свободе, избиралась ли ему ранее данная мера пресечения по другим уголовным делам и соблюдал ли он при этом предусмотренные ею ограничения, факты, характеризующие его как члена общества (по месту жительства, работы, увлечениям и т. п.), социальное и имущественное положение подозреваемого (обвиняемого) и др.

В зависимости от тяжести предъявленного обвинения подозреваемый или обвиняемый может быть подвергнут судом либо всем ограничениям и запретам, перечисленным в ч. 1 указанной статьи, либо отдельным из них. При этом особое внимание суды должны обращать на лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, не достигших 18 лет: на их возраст, условия жизни и воспитания, особенности личности, влияние на них старших по возрасту лиц, в том числе их законных представителей.

Также по этой теме: