Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Прием заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях в органах внутренних дел

Прием заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях в органах внутренних дел

Прием заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях в органах внутренних дел

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №3 год - 2011

Рыжаков А.П.

заслуженный работник высшей школы РФ,
профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин
Тульского международного
юридического института

В конце июля 2010 г. вступила в действие новая Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях1 (далее – Инструкция). В отличие от ранее действовавшего аналогичного рода документа2 она более последовательна и логична. Однако и в действующей Инструкции есть ряд небезупречных формулировок и положений, требующих дополнительного разъяснения, чем мы и займемся в серии посвященных ей публикаций. Первые две из таковых будут посвящены требованиям к приему сообщений о происшествиях, закрепленным в разделе 2 Инструкции.

Согласно абз. 1 п. 7 Инструкции сообщения о происшествии в органах внутренних дел должны приниматься круглосуточно «вне зависимости от места и времени совершения происшествий, а также полноты содержащихся в них сведений и формы представления». Указывая на то, что сообщение о происшествии принимается вне зависимости от места совершения происшествия, ведомство возлагает на сотрудников органов внутренних дел обязанность принимать сообщения и о происшествиях, совершенных не только за пределами ими лично обслуживаемых участков местности (предприятий, организаций, учреждений и т. п.), но и за границами территории, обслуживаемой органом дознания, в штат которого они входят.

Сотрудники органов внутренних дел обязаны принимать сообщения о происшествиях и в том случае, когда точное место его совершения неизвестно. Например, преступление было совершено в поезде, и в тот промежуток времени, когда оно могло иметь место, поезд следовал по территории нескольких районов (областей и т. п.). Или другой пример. Обнаружена отрубленная голова человека. Остальных частей тела не обнаружено. Неизвестно, где именно было совершено убийство. Несмотря на это, сообщение о таком преступлении также подлежит приему, регистрации и т. д.

Теперь несколько слов о категории «время совершения происшествия». Иногда с точностью до минуты установить время начала (окончания) совершения правонарушения невозможно, а порой и не нужно. В любом случае, с какой бы степенью точности время совершения происшествия не было изложено в сообщении о происшествии, само сообщение подлежит принятию, регистрации и т. п. по правилам Инструкции. Например, гражданин не был у себя на даче с ноября прошлого года по апрель настоящего года. Он не знает, в какой день и даже в какой месяц в его отсутствие в его дачный домик проникли воры и похитили оттуда товарно-материальные ценности. Несмотря на то что пострадавшему неизвестно точное время совершения преступления, его заявление о происшествии в орган внутренних дел подлежит приему, регистрации, проверке и разрешению в соответствии с требованиями УПК РФ и Инструкции.

В приведенном примере имеется хотя бы довольно определенный промежуток времени, в течение которого преступление было совершено. Между тем подлежит принятию сообщение о происшествии, в котором вообще не указано время его совершения, и в тех случаях, когда оно заявителю известно или он не знает, когда было совершено преступление. Следует принять, к примеру, заявление о хищении золотого кольца в случае, когда о совершенном преступлении собственник узнал только после того, как отдал его на переплавку. Допустим, внук унаследовал бабушкино кольцо. Имеется документ, бесспорно подтверждающий, что доставшееся ему в наследство кольцо изготовлено из золота. Когда внук захотел из него сделать другое изделие из золота, выяснилось, что это искусная подделка, которой заменен подлинник кольца. Само же кольцо похищено. Причем неизвестно когда (после передачи его в мастерскую или до этого, когда оно было у внука либо когда хранилось у самой бабушки).

Это общее правило. Однако по возможности сотруднику органа внутренних дел все же следует выяснять сведения о месте и времени совершения происшествия. Причем в сообщении достаточно отразить время совершения происшествия с относительной степенью точности. Зачастую достаточно указать, что происшествие совершено зимой определенного года, но иногда нужно знать конкретное время. Речь идет о случаях сообщения о совершении конкретного преступления, где время его совершения является признаком состава преступления. Например, сообщение о преступлении, совершенном в военное время (ч. 3 ст. 331 УК РФ).

И еще один важный момент, касающийся времени совершения преступления. Время совершения происшествия – это не только в какой день и час оно имело место, но и сколько лет в этот день и час было тому, кто его совершил, а равно какой материальный закон тогда действовал. От перечисленных обстоятельств может зависеть решение вопроса о том, достиг ли заподозренный к моменту совершения правонарушения возраста, с наступлением которого возможно привлечение его к ответственности, а также (при изменениях в законодательстве, к примеру введении в действие нового УК РФ) для решения вопроса о том, какой уголовный закон (статья закона) по данному делу должен подлежать применению. Но и в тех случаях, когда из сообщения о происшествии не ясно, достиг ли виновный соответствующего возраста и какой закон действовал на момент совершения правонарушения, сообщение о происшествии подлежит приему, регистрации и т. д.

И еще два не менее важных уточнения. Сообщение о происшествии и факт выявления такового заявителем может разделять значительный промежуток времени. Иногда он длится не месяц, не два, а несколько лет. Да, действительно, гражданин имел возможность заявить о происшествии и ранее. Однако то обстоятельство, что он своевременно не воспользовался имеющейся у него возможностью, не является препятствием принятия от него заявления о происшествии сейчас. Сообщение о происшествии подлежит приему и в этом случае. Его следует принимать, даже если срок давности привлечения лица к ответственности за совершение правонарушения, о котором сообщается в орган внутренних дел, уже давно истек.

Итак, место и время совершения происшествия может быть неизвестно заявителю. Оно может отсутствовать в сообщении о происшествии и по иным причинам. Между тем какие бы сведения в таковом не отсутствовали (лишь бы оно оставалось сообщением о происшествии и не было анонимным), поступившее в орган внутренних дел сообщение о происшествии подлежит принятию, регистрации и т. д. Именно об этом ведомство говорит, указывая на обстоятельство, что сообщения о происшествиях принимаются в органах внутренних дел круглосуточно вне зависимости от полноты содержащихся в них сведений.

Не является препятствием для приема сообщения о происшествии и форма его представления. Сообщения могут быть письменными и устными; «поступать в орган внутренних дел лично от заявителя, нарочным, по почте, по телефону, телеграфу, информационным системам общего пользования, факсимильным или иным видом связи» и др. Именно различным, наиболее часто встречающимся и, безусловно, возможным формам представления сообщений о происшествии посвящены абз. 2–4 п. 7 Инструкции.

Для приема сообщений в электронной форме, поступивших по информационным системам общего пользования (далее – интернет-сообщения), применяется программное обеспечение, предусматривающее обязательное заполнение заявителем реквизитов, необходимых для работы с сообщениями о происшествиях.

Интернет-сообщение распечатывается, дальнейшая работа с ним ведется как с письменным сообщением в порядке, установленном Инструкцией.

Прежде чем приступить к характеристике данных положений, хотелось бы заметить, что не подлежат принятию все сообщения об одном и том же происшествии помимо тех, которые ранее, бесспорно, уже были приняты (зарегистрированы). Нет необходимости, к примеру, от каждого из зрителей принимать заявление о совершении преступления на поле во время футбольного матча. Достаточно принять одно сообщение о данном конкретном происшествии. Всем остальным заявителям законным образом может быть отказано в принятии заявления о происшествии.

И последнее. В абз. 2 п. 10, абз. 1 п. 13, абз. 2 п. 16, абз. 6 п. 19 Инструкции перечислены случаи, когда сообщение о происшествии не подлежит регистрации в КУСП. Между тем и такие сообщения о происшествии подлежат принятию. Но, повторимся, регистрировать таковые ведомство не требует.

Сообщения о происшествии принимаются «круглосуточно», то есть в любое время в течение всех суток. Не может служить препятствием к принятию сообщения о происшествии не ночное время суток, не время обеда (завтрака, ужина и т. п.). С принятием сообщения о происшествии не должно быть никаких задержек. Обратился, к примеру, гражданин в дежурную часть с заявлением. Как только должностное лицо органа внутренних дел поняло, что имеет дело с сообщением о происшествии, оно должно приступить к приему такового.

Итак, «сообщение о происшествии может поступать в орган внутренних дел лично от заявителя, нарочным, по почте, по телефону, телеграфу, информационным системам общего пользования, факсимильным или иным видом связи». Может ли «сообщение… поступать… лично от заявителя»? Думается, здесь подразумевается личное обращение гражданина с заявлением о происшествии. Лично можно обратиться. Соответственно, сообщение о происшествии может поступить при личном обращении заявителя. Возможно, именно эта форма сообщения о происшествии и закреплена в абз. 2 п. 7 Инструкции, когда речь идет о личном поступлении сообщения.

Нарочным именуется «лицо, посланное со спешным поручением, гонец, курьер»3. Соответственно, поступление сообщения о происшествии в орган внутренних дел нарочным предполагает передачу такового как в устной, так и в письменной (хотя, несомненно, чаще в письменной) форме от инициатора сообщения уполномоченному на принятие таковых сотруднику органа внутренних дел.

Если курьеру было передано письменное сообщение о происшествии, то заявителем будет автор данного заявления. Если ему поручено в устной форме сообщить о происшествии, то заявителем следует считать не инициатора сообщения о происшествии, а самого нарочного. Именно он в этой ситуации будет обладать согласно закону всеми правами и обязанностями заявителя.

Сообщение о происшествии может быть передано и по почте, то есть путем почтовой связи, где почтовая связь – это вид связи, представляющий собой единый производственно-технологический комплекс технических и транспортных средств, обеспечивающий прием, обработку, перевозку, доставку (вручение) почтовых отправлений, а также осуществление почтовых переводов денежных средств (ст. 2 Федерального закона от 17 июля 1999 г. № 176-ФЗ «О почтовой связи»4). Причем безразлично, с помощью какого вида почтовой связи поступило сообщение о происшествии, оно все равно подлежит приему.

Приему подлежит и сообщение о происшествии, поступившее по телефону. В данном случае речь идет не только о телефоне дежурной части. В абз. 2 п. 7 Инструкции говорится о сообщении «в орган внутренних дел… по телефону». Но телефонную трубку в органе внутренних дел может взять не сотрудник органа внутренних дел. Несомненно, в такой ситуации положения Инструкции действовать не будут. Когда же сообщение о происшествии поступило на номер органа внутренних дел и получено оно уполномоченным принимать сообщения о происшествии должностным лицом, последний обязан немедленно приступить к его принятию вне зависимости от того, к какой службе органа внутренних дел относится данный конкретный номер телефона.

Телеграф в органе внутренних дел обычно один. И находится он именно в дежурной части. Между тем, где бы он не был размещен, все поступившие посредством него сообщения о происшествии должны немедленно быть приняты с соблюдением общих требований к данному виду деятельности, закрепленных в разделе 2 Инструкции.

Перейдем к характеристике понятия «информационная система общего пользования». Согласно закрепленному в ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»5 определению информационная система – это совокупность содержащейся в базах данных информации и обеспечивающих ее обработку информационных технологий и технических средств. Информационная система общего пользования – это информационная система, которая открыта для использования всеми физическими и юридическими лицами и в услугах которой этим лицам не может быть отказано (ст. 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи»6).

Если исходить из смысла закрепленных в законах определений, трудно понять, как по информационной системе общего пользования в орган внутренних дел может поступить сообщение о происшествии? Однако ознакомление с текстом следующего абзаца п. 7 Инструкции позволяет понять, что мы имеем дело с ситуацией, когда нормативное определение информационных систем общего пользования не соответствует тому значению, в котором данное словосочетание употреблено МВД России. Под информационными системами общего пользования в Инструкции подразумевается информация, содержащаяся в Интернете, вместе с обеспечивающими ее получение информационными технологиями и техническими средствами.

Следующая форма представления сообщения о происшествии, указанная в абз. 2 п. 7 Инструкции, – факсимильный вид связи. Факсимильная связь представляет собой передачу по телефонным каналам с помощью телефакса изображений, писем, фотографий, документов на бумажных носителях7. Соответственно, по телефаксу может поступить и сообщение о происшествии.

Последнее может быть доставлено в орган внутренних дел любым «иным видом связи». Анализ содержания п. 32 и 35 ст. 2 Федерального закона «О связи» позволяет нам уточнить, что в данном случае подразумеваются все иные виды электросвязи, где электросвязь представляет собой любые излучения, передачу или прием знаков, сигналов, голосовой информации, письменного текста, изображений, звуков или сообщений любого рода по:

  • радиосистеме;
  • проводной;
  • оптической;
  • другим электромагнитным системам.

Использование любого из названных видов связи допустимо и для передачи сообщения о происшествии в орган внутренних дел. Соответственно, сообщения о происшествии в орган внутренних дел могут быть направлены по ISQ, электронной почте, Skype и т. п.

Закрепленное в абз. 3 п. 7 Инструкции предписание, касающееся необходимости применения программного обеспечения, предусматривающего обязательное заполнение заявителем реквизитов, необходимых для работы с сообщениями о происшествиях, адресуется органам внутренних дел. Вряд ли можно признать отсутствие такого программного обеспечения основанием отказа в принятии сообщения о происшествии, поступившего в орган дознания в «электронной форме».

Между тем в любом случае нужно стремиться к тому, чтобы в заявлении о происшествии были отражены следующие сведения:

  • наименование органа внутренних дел, которому адресовано сообщение о происшествии;
  • фамилия, имя и отчество заявителя;
  • адрес места жительства заявителя;
  • должность и место работы заявителя;
  • почтовый адрес заявителя (для корреспонденции);
  • номер телефона заявителя;
  • описание события происшествия, места, времени, последствий и иных обстоятельств его совершения;
  • просьбу, адресованную к руководителю органа внутренних дел, о принятии установленных законом мер за совершение правонарушения (согласно содержанию прил. 2 к Инструкции. О необязательности таковой с позиции УПК РФ см. комментарий к п. 12 Инструкции);
  • список свидетелей или очевидцев, если таковые известны;
  • завершающую заявление фразу «написано собственноручно и правильно»;
  • подпись заявителя;
  • число, месяц, год направления заявления в орган внутренних дел.

В соответствии с закрепленным в абз. 1 п. 8 Инструкции требованием «сообщения о происшествиях, поступившие в подразделения делопроизводства и режима8 органов внутренних дел по почте, нарочным, по телеграфу, информационным системам общего пользования, факсимильной связью или иным видом связи, регистрируются по правилам делопроизводства и направляются начальником органа внутренних дел в дежурную часть для незамедлительной регистрации».

Данное правило рекомендуется использовать в случае, когда нет желания лично «добиваться» принятия и регистрации сообщения о происшествии. Как сделать так, чтобы у сотрудников органа внутренних дел не было возможности морочить заявителю голову и не регистрировать его заявление о происшествии? Следует направить его по адресу УВД (ГОВД, РОВД и т. п.) почтой (заказным письмом с уведомлением).

Работники секретариата получают мизерную заработную плату. От того, что раскрыто преступление или нет, их зарплата не увеличится и не уменьшится. Премии им за успехи органа внутренних дел не дают. Поэтому они регистрируют всю входящую корреспонденцию по правилам делопроизводства вне зависимости от того, что это – «рекламный проспект» или заявление о преступлении. Как только работник секретариата поставил на заявлении о происшествии штамп входящего сообщения, заявление уже никуда не денешь. Начальник органа внутренних дел сам лично не пойдет на прямое укрытие преступления. Он выполнит требования п. 22 Инструкции. А это значит, что такое заявление уже точно будет зарегистрировано оперативным дежурным в КУСП и разрешено по правилам гл. 20 УПК РФ.

В п. 9 Инструкции поясняется, как должен действовать находящийся вне пределов здания органа внутренних дел сотрудник милиции, которому поступило сообщение о происшествии. Он не имеет права отказать в приеме сообщения о происшествии в связи с тем, что он находится за пределами здания органа внутренних дел.

Именно сотрудники милиции являются теми сотрудниками органа внутренних дел, которые действуют в соответствии с требованиями, установленными Законом РФ «О милиции» и Инструкцией. Согласно ч. 1 ст. 18 Закона РФ «О милиции» сотрудник милиции выполняет обязанности и пользуется правами милиции, предусмотренными Законом РФ «О милиции», в пределах своей компетенции в соответствии с занимаемой должностью. Одной же из обязанностей милиции является принятие и регистрация заявления, сообщения и иной поступающей информации о преступлениях, административных правонарушениях и событиях, угрожающих личной или общественной безопасности (п. 3 ст. 10 Закона РФ «О милиции»).

Сотрудник органа внутренних дел должен передать принятое сообщение о происшествии в дежурную часть органа внутренних дел для незамедлительной регистрации. Причем необязательно немедленно передавать подлинник заявления (сообщения) о преступлении. Тем более что по телефону, к примеру, таковой вообще передать невозможно. Сотрудник, получивший сообщение о происшествии, сообщает в дежурную часть органа внутренних дел (по телефону, электронной почте и т. п.) информацию о происшествии, о котором им принято сообщение. В частности, должностных лиц дежурной части он должен информировать о:

  • дате и времени поступления сообщения о происшествии;
  • собственной фамилии, имени, отчестве, должности и звании;
  • фамилии, имени и отчестве заявителя;
  • адресе места жительства заявителя;
  • номере телефона заявителя;
  • форме фиксации сообщения о происшествии (письменное заявление, протокол явки с повинной и т. п.);
  • содержании сообщения (описание события происшествия, места, времени, последствия и иные обстоятельства его совершения).

Подлинник же заявления (письменное сообщение, протокол устного заявления и т. п.) передается в дежурную часть по прибытии сотрудника в орган внутренних дел.

В какой бы форме сотрудником милиции не было бы передано сообщение о происшествии, оперативным дежурным оно немедленно, не дожидаясь прибытия в орган внутренних дел самого сотрудника (доставления подлинника заявления и др.), регистрируется в КУСП.

Подразделения Госавтоинспекции в лице должностных лиц дежурной части названного учреждения «передают в дежурные части территориальных органов внутренних дел поступившие (выявленные) сотрудниками Госавтоинспекции сообщения о ДТП с пострадавшими (вне зависимости от степени тяжести причиненного вреда здоровью), сообщения, которые требуют проверки для обнаружения возможных признаков преступления или административного правонарушения, а также информацию о принятых по ним решениях и мерах реагирования» (абз. 1 п. 10 Инструкции).

Причем под территориальными органами внутренних дел здесь подразумеваются как управления (отделы) внутренних дел по соответствующим субъектам Российской Федерации, так и управления (отделы) внутренних дел по районам, городам и иным муниципальным образованиям, в том числе по нескольким муниципальным образованиям, управления (отделы) внутренних дел в закрытых административно-территориальных образованиях, на особо важных и режимных объектах.

Подразделение Госавтоинспекции информирует должностных лиц дежурной части органа внутренних дел о:

  • дате и времени поступления (выявления) сообщения о ДТП;
  • собственной фамилии, имени, отчестве, должности и звании;
  • обстоятельствах ДТП (описание события, места, времени, последствий и иные обстоятельства происшествия);
  • форме фиксации сообщения о происшествии (письменное заявление, рапорт об обнаружении признаков преступления и т. п.); а при наличии заявителя также о:
  • его фамилии, имени и отчестве;
  • адресе места жительства заявителя;
  • номере его телефона.

В дежурную часть территориального органа внутренних дел подразделение Госавтоинспекции сообщает прежде всего о тех ДТП, в ходе которых причинен вред здоровью его участникам (участнику).

В п. 10 Инструкции ничего не сказано о сообщениях о ДТП, в результате которых погибли люди, то есть был причинен не вред здоровью, а пострадавший лишен жизни. Несомненно, и сообщения о такого рода происшествиях подразделения Госавтоинспекции обязаны передавать в дежурную часть территориального органа внутренних дел.

В дежурную часть территориального органа внутренних дел передаются также сообщения о ДТП, которые требуют проверки для обнаружения наличия или отсутствия возможных признаков преступления или административного правонарушения.

Рекомендуется сообщение о ДТП в дежурную часть территориального органа внутренних дел передавать вместе с документом, в котором фиксируется информация о принятом по данному сообщению решении и мерах реагирования. Таким документом может быть рапорт, справка и т. п. Между тем составление данного акта Инструкцией прямо не предусмотрено. Поэтому информирование сотрудников дежурной части территориального органа внутренних дел о принятых по сообщению о ДТП решениях и мерах реагирования может быть и устным, например по телефону.

Специфике передачи в дежурные части соответствующих органов внутренних дел сообщений о происшествии подразделениями вневедомственной охраны посвящен абз. 2 п. 10 Инструкции. Таковые обязаны незамедлительно передавать «в дежурные части соответствующих органов внутренних дел сообщения о срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации, поступившие с особо важных объектов, объектов повышенной опасности и жизнеобеспечения, объектов, подлежащих государственной охране. Сообщения о срабатывании сигнализации на иных охраняемых объектах подлежат регистрации в КУСП, если в результате реагирования на сигнал «тревога» выявлены признаки административного либо уголовного правонарушения».

Исходя из содержания п. 7 Положения о вневедомственной охране при органах внутренних дел Российской Федерации, подразделениями вневедомственной охраны являются:

  • Центр оперативного руководства деятельностью вневедомственной охраны;
  • управления (отделы) вневедомственной охраны при министерствах внутренних дел республик в составе Российской Федерации, управления (главные управления) внутренних дел краев, областей, городов Москвы, Санкт-Петербурга и Ленинградской области, автономных образований министерств, управлений (главных управлений) внутренних дел;
  • отделы (отделения) вневедомственной охраны городского, районного и поселкового уровня.

Соответственно закрепленная в абз. 2 п. 10 Инструкции обязанность распространяется на каждое из указанных подразделений. Хотя, несомненно, на деле обычно сообщения о срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации поступают в подразделения вневедомственной охраны первого (нижнего) звена системы названных органов.

Сообщения о срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации – это прежде всего устная информация. Таковая в дежурную часть может быть передана, к примеру, по телефону. Если в ней содержатся признаки преступления, то одновременно по данному факту по правилам ст. 143 УПК РФ оформляется рапорт об обнаружении признаков преступления. Данный документ, думается, обязан составить тот сотрудник милиции, которым были обнаружены (выявлены) признаки объективной стороны состава преступления, а не работники дежурной части органа внутренних дел. После оформления рапорт передается в дежурную часть подразделения органа внутренних дел.

Однако срок проверки сообщения о происшествии в этом случае должен исчисляться не с момента доставления письменного документа, в котором отражены обстоятельства происшествия, а с момента первого получения должностным лицом дежурной части органа внутренних дел информации о срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации на особо важном объекте, объекте повышенной опасности и жизнеобеспечения, объекте, подлежащем государственной охране (о происшествии, содержащем признаки объективной стороны состава преступления или административного проступка).

Не о любом срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации подразделение вневедомственной охраны обязано сообщить в дежурную часть органа внутренних дел. Они передают туда сведения лишь о срабатывании охранно-пожарной и тревожной сигнализации на особо важных объектах, объектах повышенной опасности и жизнеобеспечения, объектах, подлежащих государственной охране. Особо важный объект – это объект, имеющий социальную, материальную, историческую, научную, художественную или культурную ценность федерального или регионального значения в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или субъектов Российской Федерации (п. 2 Инструкции по организации технической эксплуатации технических средств охраны на объектах, охраняемых подразделениями милиции вневедомственной охраны при органах внутренних дел Российской Федерации9).

Объект повышенной опасности есть объект, на котором используют, производят, перерабатывают, хранят или транспортируют радиоактивные, взрыво- и пожароопасные, опасные химические и биологические вещества, создающие реальную угрозу жизни и здоровью людей, а также окружающей среде10.

Согласно п. 2 Инструкции по организации технической эксплуатации технических средств охраны на объектах, охраняемых подразделениями милиции вневедомственной охраны при органах внутренних дел Российской Федерации, объект жизнеобеспечения – это объект, на котором сконцентрированы жизненно важные материальные, финансовые средства и услуги, сгруппированные по функциональному назначению и используемые для удовлетворения жизненно необходимых потребностей населения (например, в виде продуктов питания, жилья, предметов первой необходимости, а также медицинского, санитарно-эпидемиологического, информационного, транспортного, коммунально-бытового обеспечения).

Перечень объектов, подлежащих государственной охране, исходя из текста п. 5 Инструкции по организации технической эксплуатации технических средств охраны на объектах, охраняемых подразделениями милиции вневедомственной охраны при органах внутренних дел Российской Федерации, утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 14 августа 1992 г. № 587 «Вопросы негосударственной (частной) охранной и негосударственной (частной) сыскной деятельности».

Сообщения о срабатывании сигнализации на таких объектах подлежат регистрации в КУСП и в тех случаях, когда в них, бесспорно, отсутствуют признаки объективной стороны состава преступления или иного правонарушения. Все остальные сообщения о срабатывании сигнализации передаются в дежурную часть органа внутренних дел, только когда есть вероятность того, что имело место преступление или административное правонарушение. Если такой вероятности нет, то не только передавать такие сообщения в дежурную часть органа внутренних дел нет необходимости, но даже переданные (например, случайно) такие сообщения не подлежат регистрации в КУСП.

Однако может случиться ситуация, когда, с точки зрения сотрудника вневедомственной охраны, в сообщении о срабатывании сигнализации имеются уголовно-процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления (признаки административного правонарушения), а должностное лицо дежурной части органа внутренних дел другого мнения. Мы полагаем, что в этом случае сообщение о происшествии подлежит регистрации в КУСП, проверке и разрешению в порядке, предусмотренном Инструкцией. Только сообщения о срабатывании сигнализации, бесспорно не являющемся преступлением (административным проступком), не подлежат регистрации в КУСП.

В соответствии с п. 11 Инструкции «материалы проверки по фактам выявления подделки или уничтожения идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя, а также подделки государственного регистрационного знака транспортного средства незамедлительно направляются в орган внутренних дел по месту регистрации транспортного средства.

Решение по материалам проверки в отношении транспортных средств, не зарегистрированных в установленном порядке, принимаются по месту обнаружения признаков подделки или уничтожения идентификационных номеров или регистрационных знаков.

Если транспортное средство ранее было снято с учета, то материалы направляются по месту его последней регистрации».

Сразу уточним, прежде чем направить материалы проверки по подследственности, указанной в п. 11 Инструкции, рапорт об обнаружении признаков преступления (заявление о происшествии и др.) должен быть зарегистрирован в КУСП, осуществлена проверка, которая должна и могла быть произведена по месту обнаружения (приема сообщения) правонарушения. Только после этого материал проверки по фактам, перечисленным в п. 11 Инструкции, незамедлительно направляется в территориальный орган внутренних дел по месту регистрации транспортного средства.

В орган внутренних дел по месту регистрации транспортного средства направляются материалы «по фактам выявления подделки или уничтожения идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя, а также подделки государственного регистрационного знака транспортного средства». Данное правило касается и случаев сообщения в орган внутренних дел о факте подделки или уничтожения идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя, а также подделки государственного регистрационного знака транспортного средства.

Под термином «подделка» здесь понимается как полная подделка (изменение) идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя, государственного регистрационного знака транспортного средства каким-либо материальным образом любым лицом или учреждением, кроме тех, которые в законном порядке уполномочены изготавливать таковой, так и его частичная подделка (переделка части номера или знака).

Переделкой считается перебивка букв или цифр, изменяющих идентификационный номер, номер кузова, шасси, двигателя, государственный регистрационный знак транспортного средства, а также подделка указанного номера (знака) таким образом, что внешний вид внесенных изменений сходен с видом соответствующих реквизитов и элементов оформления подлинного номера (знака), и такая переделка, к примеру, государственного регистрационного знака транспортного средства позволяет последний воспринимать как подлинный.

К числу поддельных государственных регистрационных знаков транспортного средства мы отнесли бы также те из них, которые были ненадлежащим образом выданы или получены с помощью представления неверных данных, коррупции или принуждения или каким-либо иным незаконным образом, установлены на ином транспортном средстве, не на том, на которое они выданы.

С другой стороны, не всегда являются поддельными нестандартные государственные регистрационные знаки транспортного средства. Государственный регистрационный знак признается нестандартным, если он не соответствует требованиям, установленным в соответствии с законодательством о техническом регулировании, и нечитаемым, если с расстояния 20 метров не обеспечивается прочтение в темное время суток хотя бы одной из букв или цифр заднего государственного регистрационного знака, а в светлое время суток хотя бы одной из букв или цифр переднего или заднего государственного регистрационного знака (ст. 12.2 КоАП РФ).

Уничтожение идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя представляет собой действие (спиливание, деформация и др.), в результате которого невозможно восстановить точное значение искомого номера или в результате которого уничтожается та часть материального носителя, к примеру кузова, на котором номер был зафиксирован. Уничтожение предполагает полное или же практически полное прекращение существования идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя.

Согласно ч. 1 ст. 326 УК РФ подделка или уничтожение идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя, а также подделка государственного регистрационного знака транспортного средства в целях эксплуатации или сбыта транспортного средства, использование заведомо поддельного или подложного государственного регистрационного знака в целях совершения преступления либо облегчения его совершения или сокрытия, а равно сбыт транспортного средства с заведомо поддельным идентификационным номером, номером кузова, шасси, двигателя или с заведомо поддельным государственным регистрационным знаком либо сбыт кузова, шасси, двигателя с заведомо поддельным номером являются преступлением. Соответственно, в случае выявления признаков такого преступления сотрудником органа внутренних дел последний составляет рапорт об обнаружении признаков преступления. Но о данном факте может быть сообщено заявителем. Возможна также явка с повинной. Таким образом, поводы начала проверки сообщения о таком преступлении могут быть разнообразны. Хотя, несомненно, обычно таковым является «сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников» (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ).

Каким бы повод не был, проверка такового осуществляется в рамках уголовного процесса, и прежде всего ст. 144, ч. 2 ст. 176 и др. УПК РФ. Материалы проверки направляются «в орган внутренних дел по месту регистрации транспортного средства» в строгом соответствии с правилами, закрепленными в п. 3 ч. 1 и ч. 3 ст. 145 УПК РФ.

В орган внутренних дел по месту регистрации транспортного средства материал проверки направляется по признаку территориальной подследственности. Предполагается, что подделка (уничтожение) совершена по месту регистрации транспортного средства. Если же в процессе проверки точно установлено иное место совершения преступления, законным будет принятие решения о направлении материала проверки в орган внутренних дел, обслуживающий территорию, на которой лицо подделало (уничтожило) идентификационный номер, номер кузова, шасси, двигателя либо подделало государственный регистрационный знак транспортного средства. Ведь по общему закрепленному в ч. 1 ст. 152 УПК РФ правилу предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Текст абз. 2 п. 11 Инструкции несколько вольно сформулирован. Получается, есть транспортные средства, не зарегистрированные в установленном порядке, у которых есть такие «регистрационные знаки», уничтожение которых является происшествием.

Да, действительно, не зарегистрированное в установленном порядке транспортное средство может ездить с поддельным (самодельным, чужим и т. п.) государственным регистрационным знаком транспортного средства. Однако если кто-то уничтожил такой знак, вряд ли он тем самым совершил правонарушение. Тем более в ч. 1 ст. 326 УК РФ не предусмотрена уголовная ответственность за уничтожение государственного регистрационного знака транспортного средства, к тому же поддельного регистрационного знака. Не является такое уничтожение и административным проступком.

Думается, правильнее было бы сформулировать абз. 2 п. 11 Инструкции следующим образом: «Решение по материалам проверки в отношении транспортных средств, не зарегистрированных в установленном порядке, принимаются территориальным органом внутренних дел по месту обнаружения признаков подделки или уничтожения идентификационного номера, номера кузова, шасси, двигателя либо подделки государственного регистрационного знака транспортного средства». В настоящее же время так должна толковаться заложенная в него ведомством идея.

Следующий п. 12 Инструкции отсылает правоприменителя к УПК РФ («уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации»), в соответствии с которым «должны быть оформлены протокол принятия устного заявления о преступлении, письменное заявление о преступлении, протокол явки с повинной, рапорт сотрудника органа внутренних дел об обнаружении признаков преступления».

Общая идея понятна и, несомненно, правильна. Однако стоит уточнить, что письменное заявление о преступлении, потому и вычленяется отдельно от устного, так как поступает в орган внутренних дел уже оформленным. Сотрудники органов внутренних дел не оформляют письменные заявления о преступлении. Их пишут заявители до того, как уголовно-процессуальная деятельность (прием заявления о преступлении) начнется, за пределами уголовного процесса.

Если же заявитель пришел с устным заявлением о преступлении, согласно закону должностное лицо органа внутренних дел обязано составить протокол принятия устного заявления о преступлении, а не заниматься вместе с заявителем не предусмотренным законом видом деятельности – оформлением письменного заявления. Другое дело, когда сотрудник милиции, получая письменное заявление о преступлении, предупреждает гражданина об уголовной ответственности за заведомо ложный донос и отражает это (удостоверяет подписью заявителя и своей подписью) на листе бумаги, на котором написано заявление. Это, конечно, законное и необходимое действие. Но это не оформление письменного заявления. Единственные требования УПК РФ, касающиеся оформления письменного заявления о преступлении, – «письменное заявление о преступлении должно быть подписано заявителем» (ч. 2 ст. 141 УПК РФ) и «оно не может быть анонимным» (ч. 7 ст. 141 УПК РФ).

Требования закона к оформлению протокола принятия устного заявления о преступлении, протокола явки с повинной, рапорта об обнаружении признаков преступления нами неоднократно разъяснялись в других работах11, поэтому здесь мы о них умолчим. Отметим лишь те стороны закрепленных в п. 12 Инструкции правил, которые требуют дополнительных разъяснений.

Исходя из текста абз. 2 п. 12 Инструкции, сотрудник органа внутренних дел обязан не только занести в протокол следственного действия устное сообщение, сделанное при производстве следственного действия о ранее не зарегистрированном преступлении, но и одновременно с этим оформить его рапортом либо протоколом принятия устного заявления о преступлении «в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации».

Аналогичной позиции придерживается А.Г. Халиулин. Он предписывает следователям, получившим устное заявление о преступлении в ходе следственного действия, составлять рапорт об обнаружении признаков преступления по правилам ст. 143 УПК РФ12. Между тем до введения в действие Инструкции этого можно было не делать. В настоящее же время требование оформления рапорта либо протокола принятия устного заявления о преступлении одновременно с фиксацией сообщения о преступлении в протоколе следственного действия следует отнести к ведомственному, касающемуся лишь сотрудников органов внутренних дел положению.

Когда же его следует оформлять следователю (дознавателю и др.) органа внутренних дел? Прежде чем ответить на поставленный вопрос, заметим, что буквальное толкование абз. 2 п. 12 Инструкции позволяет говорить о том, что двойной фиксации подлежит не только устное заявление о преступлении, но и аналог предусмотренного п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ повода для возбуждения уголовного дела. Не ясно только, как такое возможно? «Устное сообщение, сделанное при производстве следственного действия» может поступить только от заявителя. Таковых может быть два вида: – о преступлении, совершенном самим заявителем; – о преступлении, которое совершено не заявителем.

В первом случае имеет место устное заявление о явке с повинной. Оно оформляется в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 141 и ст. 142 УПК РФ в виде протокола принятия устного заявления о явке с повинной (протокола явки с повинной). Можно, конечно, заявить, что порядок принятия заявления о явке с повинной урегулирован также ч. 4 ст. 141 УПК РФ. Основанием такого утверждения вполне может служить то обстоятельство, что в ч. 4 ст. 141 УПК РФ законодатель употребляет словосочетание «сообщение о преступлении», а не «заявление о преступлении». Однако сама ст. 141 УПК РФ называется «Заявление о преступлении». Порядку принятия заявления о явке с повинной посвящена следующая статья, которая так и именуется «Явка с повинной». В ней законодатель ссылается на ч. 3 ст. 141 УПК РФ. Однако ничего не говорит о том, что на порядок принятия явки с повинной распространяется и ч. 4 ст. 141 УПК РФ. Поэтому представляется, что ч. 4 ст. 141 УПК РФ не имеет отношения к правовой основе принятия заявления о явке с повинной.

Вторым видом «устного сообщения, сделанного при производстве следственного действия», о котором идет речь в абз. 2 п. 12 Инструкции, является устное заявление о преступлении. Именно оно должно фиксироваться в соответствии с правилами ч. 4 ст. 141 УПК РФ. Как раз на эту норму ссылается ведомство в абз. 2 п. 12 Инструкции.

Не может быть устного сообщения о преступлении, исходящего от участника следственного действия, не являющегося устным заявлением о преступлении. Ведь заявление о преступлении – это предусмотренный п. 1 ч. 1 ст. 140 УПК РФ источник, из которого следователю (дознавателю и др.), а по делам частного обвинения также мировому судье непосредственно от физического лица-заявителя впервые поступили сведения о готовящемся, совершаемом либо совершенном деянии (последствиях), содержащем процессуально значимые признаки объективной стороны состава преступления. Именно это и имеет место, когда гражданин при производстве следственного действия сообщает о преступлении, которое совершено не им лично.

Таким образом, позволительно заключить: при производстве следственного действия не может быть «устного сообщения», которое в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ именуется сообщением о совершенном или готовящемся преступлении, полученным из иных источников. И, как следствие, на порядок оформления факта принятия сообщения о преступлении «при производстве следственного действия» не распространяются положения ст. 143 УПК РФ. Несмотря на редакцию абз. 2 п. 12 Инструкции, не можем признать право на существование позиции, согласно которой «в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации устное сообщение, сделанное при производстве следственного действия о ранее не зарегистрированном преступлении, заносится в протокол следственного действия и одновременно оформляется рапортом сотрудника органа внутренних дел». Оформление рапорта как реализация ведомственного требования возможна. Не думаем, что будет нарушен закон и в том случае, если такой рапорт назовут рапортом об обнаружении признаков преступления. Однако как бы его не именовало в своей Инструкции МВД России, он не является тем документом, который согласно ст. 143 УПК РФ составляется в связи с фактом принятия «сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников».

Однако вернемся к характеристике ситуации, специфике которой посвящен абз. 2 п. 12 Инструкции. Здесь речь идет о фиксации устного сообщения «о ранее незарегистрированном преступлении при производстве следственного действия». Понятно, что под регистрацией подразумевается регистрация такового в КУСП, причем в КУСП именно того органа внутренних дел, в штат которого входит сотрудник, принявший сообщение о преступлении при производстве следственного действия.

Таким образом, под ранее не зарегистрированным преступлением подразумевается то общественно опасное деяние, сведения о регистрации которого у сотрудника органа внутренних дел, принимающего заявление (сообщение), отсутствуют. Причем стоит иметь в виду, что не является нарушением закона вторичная регистрация сообщения о преступлении, ранее зарегистрированного другим органом предварительного расследования. Но, напротив, нарушение закона налицо в случае отказа в регистрации сообщения о преступлении по основанию якобы ранее имевшей место регистрации сообщения о совершении этого конкретного преступления, когда в действительности сообщение о данном происшествии зарегистрировано в КУСП не было.

Итак, УПК РФ требует устное сообщение о преступлении, сделанное при производстве следственного действия, заносить в протокол следственного действия. Должностные лица органов внутренних дел в этой ситуации должны также выполнять требование абз. 2 п. 12 Инструкции – одновременно с занесением сообщения в протокол следственного действия оформлять протокол принятия устного заявления о преступлении по форме и содержанию, аналогичный тому, что предусмотрен ст. 141 УПК РФ. Если не был составлен указанный протокол принятия устного заявления о преступлении, ведомство требует «устное сообщение, сделанное при производстве следственного действия о ранее незарегистрированном преступлении, оформлять рапортом сотрудника органа внутренних дел».

Хотя не только мы, но и другие ученые полагают, что в оформлении такого рапорта (как, впрочем, и заявления) нет необходимости13. УПК РФ не возлагает на следователя (дознавателя и др.) обязанность двойной фиксации повода для возбуждения уголовного дела. То обстоятельство, что для заявления о преступлении, сделанного в ходе следственного действия, ч. 4 ст. 141 УПК РФ предусматривает пусть и специфическую, но все же одну форму закрепления его в материалах уголовно-процессуального производства – фиксацию в протоколе следственного действия, указывает на наличие единственной «соответствующей уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации» формы, в которую должно быть облечено данное заявление (сообщение) о преступлении – протокол следственного действия.

Рапорт об обнаружении признаков преступления (протокол принятия устного заявления о преступлении) в такой ситуации можно не составлять. А вот если следователь (дознаватель и др.) должным образом не отразит заявление о незарегистрированном преступлении в протоколе следственного действия, он тем самым нарушит требования УПК РФ. По этой причине протокол данного следственного действия в соответствии с требованиями ст. 75 УПК РФ может быть признан недопустимым доказательством.

Но возможна другая ситуация. Допустим, в ходе следственного действия представляется письменный документ, из которого следует, что имело место преступление. Если этот документ не относится к разряду заявлений о преступлении и заявлений о явке с повинной, налицо необходимость оформления его рапортом об обнаружении преступления. Ведь в ч. 4 ст. 141 УПК РФ говорится лишь об устном сообщении о преступлении. А мы имеем дело с письменным сообщением, причем сообщением о совершенном или готовящемся преступлении, полученном из иных источников, чем указанные в ст. 141 и 142 УПК РФ.

Итак, в ходе производства протоколируемого процессуального (следственного) действия может поступить письменно оформленное сообщение о преступлении. Факт его получения отражается в двух документах: в соответствующем протоколе (протоколе следственного или иного процессуального действия) и в рапорте об обнаружении признаков преступления. Рапорт в этом случае будет служить предусмотренной законом дополнительной гарантией соблюдения требований уголовно-процессуальной формы, касающейся порядка начала уголовного процесса и сроков предварительной проверки сообщений о преступлении.

Недаром в некоторых источниках рекомендуется исчислять срок для принятия решения в соответствии со ст. 145 УПК РФ14 с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления или с момента подачи рапорта в соответствующий орган расследования15. Хотя это утверждение в определенной мере представляется спорным, заложенная в него автором идея, безусловно, верна. Рапорт об обнаружении признаков преступления для того и составляется, чтобы облегчить установление начала срока течения предварительной проверки сообщения о преступлении (стадии возбуждения уголовного дела).

Некоторая небезупречность данного утверждения заключается в том, что оно позволяет правоприменителю искусственно расширять рамки стадии возбуждения уголовного дела. Своевременно не составляя рапорт об обнаружении признаков преступления, он приступает к предварительной проверке, не опасаясь нарушить предусмотренный ст. 144 УПК РФ срок таковой.

Представляется, в рассматриваемой ситуации автором неправильно расставлены акценты. Срок для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, исчисляется с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления тогда, когда соблюдены два других требования: рапорт об обнаружении признаков преступления должен быть составлен в тот же день, когда поступило сообщение о преступлении (непосредственно обнаружены признаки объективной стороны состава преступления)16, в этот же день он подлежит регистрации. Если же рапорт об обнаружении признаков преступления составлен или его регистрация осуществлена несвоевременно (на следующий, второй, третий и т. д. день), срок предварительной проверки (стадии возбуждения уголовного дела) должен исчисляться с момента принятия сообщения о преступлении, а не с момента регистрации соответствующего рапорта. Иначе говоря, если, к примеру, по почте в канцелярию органа дознания поступило сообщение организации о хищении принадлежащего ей имущества, а рапорт об обнаружении признаков данного преступления зарегистрирован лишь через неделю, за момент начала отсчета срока для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, должна браться дата, когда сообщение поступило в канцелярию, а не дата регистрации рапорта в дежурной части учреждения.

В одном из комментариев к УПК РФ высказано еще одно, мягко сказать, спорное суждение, что «должностное лицо, составившее рапорт, становится ответственным за достоверность изложенных в нем сведений, так как положения ст. 306 УК РФ на него распространяются в той же мере, как и на любого другого заявителя»17.

В ст. 306 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за заведомо ложный донос о совершении преступления. Во-первых, следует сказать о том, что за достоверность изложенных в заявлении о преступлении сведений напрямую не будет являться ответственным даже заявитель. Он, если и гарантирует, то не достоверность информации, а то, что сообщенные им сведения не являются заведомо ложными. Сообщенные (заявленные) им сведения могут быть недостоверными, но не должны быть заведомо ложными. За сообщение недостоверных, но не заведомо ложных сведений лицо нельзя привлечь к уголовной ответственности.

Но даже если не обращать внимание на данное проявление уголовно-правовой неграмотности автора, нельзя согласиться с самой идеей привлечения должностного лица, принявшего сообщение о преступлении, к уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ.

Причем нами ни в коем случае не отрицается возможность совершения самим лицом, принимающим сообщение о преступлении, общественно опасного деяния. На практике, к примеру, встречались случаи злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) при осуществлении данного вида деятельности. Речь идет о невозможности данного субъекта уголовного процесса быть субъектом преступления, ответственность за совершение которого предусмотрена ст. 306 УК РФ.

В комментариях к УК РФ говорится, что донос – это сообщение, направленное в органы, имеющие право возбудить уголовное дело. Рапорт же составляет представитель органа, имеющего право возбудить уголовное дело18. Сам себе он не может сообщить о преступлении.

Согласно ст. 143 УПК РФ рапорт не является сообщением о преступлении, сообщение предшествует составлению рапорта, рапорт оформляется в связи с тем, что лицо, уполномоченное на принятие решения о возбуждении уголовного дела, получило данное сообщение о преступлении.

Поэтому если и правомерно бы было поднимать вопрос о возможности привлечения в указанной ситуации кого-либо к уголовной ответственности, то следовало бы вести речь не о должностном лице, к которому поступило сообщение, а о лице, которое представило сообщение о преступлении. Иначе мы можем дойти до абсурдной аналогии с процессом принятия устного заявления о преступлении. Если лицо, которому поступило сообщение о преступлении, может быть привлечено к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, то почему к этого же рода уголовной ответственности нельзя привлечь лицо, составившее протокол принятия устного заявления о преступлении или протокол явки с повинной?

Процессуальная роль и назначение лица, составляющего рапорт об обнаружении признаков преступления (ст. 143 УПК РФ), в уголовном процессе аналогична (если не сказать, идентична) процессуальной роли и назначению лица, заносящего в протокол данные, составляющие содержание устного заявления о явке с повинной (ч. 2 ст. 142 УПК РФ) или устного заявления о преступлении (ч. 3 ст. 141 УПК РФ). Поэтому ни одно из указанных должностных лиц не может быть ответственным по ст. 306 УК РФ за достоверность изложенных в рапорте об обнаружении признаков преступления (соответствующем протоколе) сведений.

Более того, указывая на возможность привлечения должностного лица, составляющего рапорт об обнаружении признаков преступления, к уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ, в случае сообщения в компетентный возбуждать уголовное дело орган недостоверных сведений, мы рискуем нацелить правоприменителя на укрытие преступления. По ряду дел без проведения предусмотренной ст. 144 УПК РФ предварительной проверки повода для возбуждения уголовного дела, а иногда и без предварительного расследования невозможно установить достоверность сообщения о преступлении. В такой ситуации правоприменитель будет самоотстраняться от осуществления уголовно-процессуальной деятельности, опасаясь ответственности за внесение в рапорт об обнаружении признаков преступления недостоверных сведений.

 


1 Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях : приказ МВД России от 4 мая 2010 г. № 333 // Российская газета. – 2010. – 25 июня.

2 Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях : приказ МВД России от 1 декабря 2005 г. № 985 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. – 2005. – № 52.

3 Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шведовой. – 18-е изд., стереотип.– М. : Рус. яз., 1986. – С. 333.

4 См.: Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 29. – Ст. 3697.

5 См.: Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 31 (ч. 1). – Ст. 3448.

6 См.: Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 2. – Ст. 127.

7 См.: Райзберг Б.А. Современный экономический словарь / Б.А. Райзберг, Л.Ш. Лозовский, Е.Б. Старо дубцева. – М. : Инфра-М, 2006.

8 Далее – секретариат.

9 Об утверждении Инструкции по организации технической эксплуатации технических средств охраны на объектах, охраняемых подразделениями милиции вневедомственной охраны при органах внутренних дел Российской Федерации : приказ МВД России от 16 ноября 2006 г. № 937 [Электронный ресурс] // Справочная система «КонсультантПлюс Технология 3000: информационный банк «Законодательство». – М., 2006.

10 См.: ГОСТ Р 52551-2006 «Системы охраны и безопасности. Термины и определения». Утвержден приказом Ростехрегулирования от 6 июня 2006 г. № 106-ст [Электронный ресурс] // Справочная система «КонсультантПлюс Технология 3000: словарь терминов». – М., 2006.

11 См., к примеру: Рыжаков А.П. Возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. – 5-е изд., перераб. и доп. – М. : Дело и Сервис, 2011.

12 См.: Халиулин А.Г. Глава 20. Порядок возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 г. / под общ. и науч. ред. А.Я. Сухарева. – М. : Норма; Инфра-М, 2002. – С. 244.

13 Такого же мнения придерживаются и большинство других авторов. См., к примеру: Григорьев В.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.В. Мозякова. – М. : Экзамен XXI, 2002. – С. 316.

14 Как минимум, речь идет о таких решениях, как возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Большинством процессуалистов до сих пор признавался промежуточный характер решения, аналогичного решению о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст. 151 УПК РФ, а по уголовным делам частного обвинения – в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ (п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ). Соответственно, принятием данного решения не завершается течение срока предусмотренной ст. 144 УПК РФ предварительной проверки.

15 См.: Калиновский К.Б. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А.В. Смирнова. – СПб. : Питер, 2003. – С. 375.

16 На то обстоятельство, что рапорт должен составляться «в момент получения первичной информации», указывают и другие авторы. См.: Григорьев В.Н. Указ. соч. – С. 323.

17 Масленникова Л.Н. Глава 19. Поводы и основания для возбуждения уголовного дела // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. – М. : Юристъ, 2002. – С. 300.

18 См.: Костарева Т.А. Статья 306. Заведомо ложный донос // Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. – 2-е изд., изм. и доп. – М. : Инфра-М, Норма, 1997.

Также по этой теме: