Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Осмотр места происшествия, местности, помещения, предметов, документов, трупов, их эксгумация, освидетельствование в уголовном процессе

Осмотр места происшествия, местности, помещения, предметов, документов, трупов, их эксгумация, освидетельствование в уголовном процессе

Осмотр места происшествия, местности, помещения, предметов, документов, трупов, их эксгумация, освидетельствование в уголовном процессе

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №4 год - 2011

Чашин А.Н.

главный редактор

 

Осмотр

Осмотр – следственное действие, заключающееся в непосредственном визуальном восприятии и процессуальной фиксации внешних признаков объекта.

Оценивая норму ч. 1 ст. 176 УПК РФ в целом, надо иметь в виду одно замечание С.А. Шейфера, который справедливо отмечает, что ст. 176 УПК РФ, «носящая название «Основания проведения осмотра», не упоминая о фактических данных, предусматривает лишь цель осмотра – обнаружение следов преступления, других существенных обстоятельств»(1).

Осмотру могут быть подвергнуты (ч. 1 ст. 176 УПК РФ):
– место происшествия;
– местность;
– жилище;
– иное помещение;
– предметы;
– документы.

Согласно ч. 2 ст. 176 УПК РФ в случаях, не терпящих отлагательства, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела.

Осмотр проводится без вынесения постановления и без судебного решения, за исключением осмотра жилища без согласия проживающих в нем лиц, на проведение которого требуется получение судебного разрешения (ч. 5 ст. 177 УПК РФ). В исключительных случаях осмотр жилища без согласия проживающих в нем лиц может быть проведен без получения судебного разрешения, но с последующим уведомлением судьи и прокурора (ч. 5 ст. 165 УПК РФ).


1 Шейфер С.А. Правовая регламентация следственных действий в новом УПК РФ // Государство и право. – 2003. – № 2. – С. 57.


Следственный осмотр следует отличать от административного осмотра, предусмотренного ст. 27.8 КоАП РФ. Протокол административного осмотра в случае приобщения к материалам уголовного дела приобретает силу доказательства в виде иного документа.

Осмотр проводится с обязательным участием понятых (ч. 1 ст. 177 УПК РФ), за исключением случаев проведения осмотра в труднодоступной местности, при отсутствии надлежащих средств сообщения, а также в случаях, если производство осмотра связано с опасностью для жизни и здоровья людей (ч. 3 ст. 170 УПК РФ).

В литературе рекомендуется приглашать более двух понятых «при проведении осмотра с привлечением других следователей. В таком случае при каждом следователе, участвующем в осмотре, должно находиться не менее двух понятых»(1).

Осмотр следов преступления и иных обнаруженных предметов производится на месте производства следственного действия (ч. 2 ст. 177 УПК РФ). «Громоздкие и не подлежащие в силу этого изъятию вещественные доказательства осматриваются на месте»(2).

Однако в случае, если для производства осмотра требуется продолжительное время или осмотр на месте затруднен, то предметы должны быть изъяты, упакованы, опечатаны, заверены подписями следователя и понятых на месте осмотра (ч. 3ст. 177 УПК РФ).

В протоколе осмотра по возможности указываются индивидуальные признаки и особенности изымаемых предметов (ч. 3 ст. 177 УПК РФ). Если в ходе осмотра изымаются предметы бытовой техники, то в протоколе следует отражать их серийный номер и модель. При изъятии денежных средств в протоколе отражается вид валюты, номинал и номер каждой купюры.

Предметы, не имеющие отношения к уголовному делу, изъятию в ходе осмотра не подлежат (ч. 3 ст. 177 УПК РФ).

Все обнаруженное и изъятое при осмотре должно быть предъявлено понятым, другим участникам осмотра (ч. 4 ст. 177 УПК РФ).

Осмотр помещения организации производится в присутствии представителя администрации соответствующей организации. В случае невозможности обеспечить его участие в осмотре об этом делается запись в протоколе (ч. 6 ст. 177 УПК РФ).

В литературе рекомендуется в состав участников осмотра «включить командира подразделения, охранявшего место происшествия, и оперативно-следственную группу, включая всех ее сотрудников, как прибывших вместе со следователем, так и присоединившихся позднее»(3). Такая рекомендация является излишней. Во-первых, она не основана на требованиях действующего УПК РФ. Во-вторых, место происшествия полицейскими или армейскими подразделениями далеко не всегда охраняется до окончания осмотра. Если угроза проникновения на место происшествия посторонних лиц низкая, то оцепление может быть снято по прибытии следственно-оперативной группы. Нет необходимости вписывать в протокол осмотра и всех сотрудников следственно-оперативной группы, так как не каждый из них выполняет процессуальные или поисковые функции. В первую очередь это отно сится к водителю, который включается в каждую следственно-оперативную группу, но в производстве осмотра участия не принимает.


1 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.И. Радчен ко. – М., 2003. – С. 421.
2 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М., 2002. – С. 322.
3 Там же.


В ходе осмотра фиксируются не только характеристики осматриваемого объекта, но и условия осмотра. Так, если осматриваются документы в помещении в вечернее время при включенных лампах накаливания, то в протоколе осмотра должна иметься запись о том, что осмотр проводится при искусственном освещении. При осмотре места происшествия, находящегося на открытой местности, указываются условия освещения, видимость, погодно-атмосферные условия, наличие осадков и т. п.

Необходимо учитывать, что при производстве осмотра, хотя и могут быть использованы специальные знания в форме участия в проведении этого следственного действия специалиста, все же точные исследования объектов не проводятся.

Ввиду этого лицо, составляющее протокол, должно описывать осматриваемые или изымаемые объекты так, как оно воспринимает их непосредственно, без добавления собственных выводов. Так, если с места происшествия изымаются золотые предметы, то необходимо писать «предметы из желтого металла», так как они могут оказаться либо позолоченными, либо предметами бижутерии, что определить «на глазок» не всегда представляется возможным.

Следственный осмотр следует уметь отличать от обыска. Отличия, как пишут А.А. Смирнов и К.Б. Калиновский, заключаются в следующем: «Во-первых, в отличие от обыска осмотр проводится лишь в тех случаях, когда отсутствует опасность сокрытия следов преступления. Напротив, при проведении обыска такая опасность всегда изначально существует. Во-вторых, осмотр в значительно меньшей степени, нежели обыск, ущемляет интересы граждан, так как представляет собой наблюдение объектов, к которым имеется свободный доступ, исключающий необходимость принудительных поисковых действий (вскрытия помещений и хранилищ вопреки воле их владельца). При проведении обыска такие принудительные действия могут производиться при отказе владельца добровольно открыть соответствующие помещения и хранилища (ч. 6 ст. 182). В-третьих, осмотр имеет более широкие цели, включая детальное исследование и фиксацию обстановки места происшествия, местности, жилища и т. д. Самая тонкая грань – та, которая отграничивает обыск от принудительного осмотра в жилище. Оба эти действия принудительны, угрожают конституционному праву личности на неприкосновенность жилища и потому  проводятся по судебному решению. При угрозе сокрытия предметов оба действия могут быть проведены без предварительного решения суда (ч. 5 ст. 165). Если проживающие в помещении лица не дают согласия на проведение там следственного действия, но нет причин полагать, что это связано с их намерением сокрыть следы преступления (например отказ объясняется нежеланием посвящать посторонних в детали своей частной жизни, тратить время на помощь следствию, негативным отношением к правоохранительным органам), то имеется основание для осмотра без согласия проживающих в помещении лиц (ч. 5 ст. 177). Когда же опасность сокрытия следов преступления этими лицами, с учетом обстоятельств дела, вероятна, имеется основание для проведения обыска»(1).

В целом верная позиция указанных авторов нуждается в некотором уточнении.
Во-первых, относительно опасности сокрытия следов преступления. Не совсем верно представлять, что те следы преступления, которые подлежат фиксации и изъятию в ходе следственного осмотра, а не обыска, не находятся под угрозой сокрытия.


1 Уголовный процесс / под общ. ред. А.В. Смирнова. – М., 2008. – С. 392.


Преступник вполне может вернуться на место преступления для того, чтобы скрыть оставленные улики. Следы преступления могут быть сокрыты как в местах, подлежащих осмотру, так и в местах, подлежащих обыску. В этом различия нет. Другое дело, что осмотр в большинстве случаев сопряжен с отсутствием опасности сокрытия преступления, тогда как обыск почти всегда предполагает наличие противодействия расследованию. Но это уже криминалистический аспект, а не уголовно-процессуальный.

Сущностное отличие осмотра от обыска в объекте. Так, открытые пространства не могут быть обысканы, а только осмотрены. Поэтому применительно к месту происшествия применяется только осмотр, но не обыск, хотя цели этих следственных действий в обоих случаях совпадают. Обыск неприменим и к предметам и документам – они могут быть только осмотрены, хотя обнаружены они могут быть в ходе производства обыска.

Во-вторых, отличие обыска в жилище от принудительного осмотра жилища заключается не только (и даже не столько) в наличии либо отсутствии угрозы утраты доказательств. В ситуации, когда у субъекта расследования отсутствуют достаточные данные предполагать, что в жилом помещении может находиться разыскиваемое доказательство, обыск проведен быть не может. Но может быть проведен принудительный осмотр, если искомые доказательства относятся непосредственно к жилому помещению, а не к предметам, находящимся в нем. Так, на стенах жилого помещения могут находиться следы крови или субъекту расследования необходимо убедиться в том, открываются ли окна квартиры или их створки приколочены к подоконнику и т. п. В последнем случае в жилище ничего не предполагается найти, то есть оснований для проведения обыска не имеется. Кроме того, следственный осмотр, являясь следственным действием, которое может быть проведено до возбуждения уголовного дела, способен решать смежные с обыском задачи в случаях, когда проведение обыска невозможно по причине отсутствия возбужденного уголовного дела. При этом поисковый характер осмотра будет распространяться только на те помещения, которые являются местом преступления.

Требования к протоколу осмотра закреплены в ст. 166, 167 и 180 УПК РФ.

В протоколе осмотра:
– описываются все действия следователя (ч. 2 ст. 180 УПК РФ);
– описывается все обнаруженное при осмотре в той последовательности, в какой производился осмотр, и в том виде, в каком обнаруженное наблюдалось в момент осмотра (ч. 2 ст. 180 УПК РФ);
– перечисляются и описываются все предметы, изъятые при осмотре (ч. 2 ст. 180 УПК РФ);
– указывается, в какое время, при какой погоде и каком освещении производился осмотр (ч. 3 ст. 180 УПК РФ);
– указывается, какие технические средства были применены и какие получены результаты (ч. 3 ст. 180 УПК РФ);
– отражается, какие предметы изъяты и опечатаны и какой печатью (ч. 3 ст. 180 УПК РФ);
– указывается, куда направлены после осмотра труп или предметы, имеющие значение для уголовного дела (ч. 3 ст. 180 УПК РФ).
Перечисленные правила оформления протокола следственного действия применяются также при осмотре трупа и освидетельствовании.

Осмотр трупа

Осмотр трупа – разновидность следственного осмотра, объектом которого является мертвое человеческое тело.

Участники этого следственного действия (ч. 1 ст. 178 УПК РФ):
– субъект расследования;
– понятые;
– судебно-медицинский эксперт или врач;
– другие специалисты (участвуют факультативно).

Необходимо принимать во внимание, что такой участник рассматриваемого следственного действия, как судебно-медицинский эксперт, экспертом именуется в данном случае только по должности. В осмотре трупа он участвует в процессуальном статусе специалиста. Это связано с тем, что при осмотре трупа судебно-медицинский эксперт не осуществляет производство экспертизы. Эта точка зрения отражена в специальной литературе(1).

Согласно постановлению Министерства труда РФ от 3 октября 2002 г. № 642 установлено тождество наименований должностей «судебно-медицинский эксперт», «судебно-медицинский эксперт (эксперт-химик)» и «эксперт бюро судмедэкспертизы» наименованию должности «врач – судебно-медицинский эксперт». Поэтому в качестве специалиста при осмотре трупа может быть приглашено любое из перечисленных лиц.

Осмотр трупа проводится без вынесения постановления и без судебного решения.

Если осматривается неопознанный труп, то он подлежит обязательному фотографированию и дактилоскопированию и не может быть в дальнейшем кремирован (ч. 2 ст. 178 УПК РФ).

Дактилоскопирование трупа производится в соответствии с Основными правилами дактилоскопирования и заполнения дактилоскопических карт, утвержденными совместным приказом ряда правоохранительных ведомств от 17 ноября 1999 г.3 с оформлением дактилоскопической карты. В дальнейшем дактилоскопические карты хранятся в оперативно-справочном дактилоскопическом массиве до установления личности человека, но не более 10 лет.
При необходимости осмотр трупа может быть произведен до возбуждения уголовного дела (ч. 4 ст. 178 УПК РФ).

Эксгумация

Эксгумация (от лат. ex – из и humus – земля) – это следственное действие, заключающееся в извлечении захороненного человеческого тела из места его официального захоронения.

Не является эксгумацией извлечение трупа в случае обнаружения его вне могилы, например закопанного преступниками около места происшествия или находящегося под обвалом.


1 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И.Л. Петрухина. – М., 2002. – С. 253; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М., 2002. – С. 324.
2 Российская газета. – 2002. – 14 нояб.
3 Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. – 2000. – № 4.


В специальной литературе нет единого мнения относительного того, следует ли относить эксгумацию к самостоятельному следственному действию.

Эксгумация характеризуется как:
– предпосылка проведения последующих следственных действий(1);
– действие, не являющееся следственным действием(2);
– самостоятельное следственное действие(3).

Верным следует признать точку зрения, наделяющую эксгумацию значением самостоятельного следственного действия. Предпосылки к этому следующие.

Во-первых, тот аргумент, что эксгумация является всего лишь предпосылкой для производства осмотра трупа, признаваемого следственным действием, не может свидетельствовать о том, что сама эксгумация – не следственное действие.
Уголовный процесс знает и другие следственные действия, неразрывно связанные с другими следственными действиями. Так, очная ставка проводится только по результатам ранее проведенных допросов и сама является разновидностью допроса.
Это не выводит очную ставку за пределы понятия «следственное действие» по причине ее связи с другим следственным действием. По аналогии не выводит из-под объема понятия связь одного следственного действия с другим в обратном порядке: то есть как предпосылки и последующего действия, как это имеет место при соотношении эксгумации и осмотра трупа.

Во-вторых, одним из основных критериев отнесения уголовно-процессуального действия к следственному является поисково-доказательственный характер. То есть следственным действием следует признавать такое, в ходе которого в уголовном деле появляются новые доказательства. При анализе эксгумации авторами, отказывающими ей в значении самостоятельного следственного действия, упускается из виду то обстоятельство, что эксгумация носит самостоятельное доказательственное значение вне зависимости от результатов последующего осмотра трупа. Как минимум в ходе эксгумации устанавливается наличие трупа в месте его официального захоронения. Более того, в случае если при вскрытии могилы труп обнаружен не будет, то и последующий осмотр трупа проведен не будет за отсутствием такового.
Но при этом субъект расследования получает доказательство того, что могила пуста.
Доказательство получено в ходе эксгумации. Значит, это полноценное следственное действие. О самостоятельных целях эксгумации, отличных от целей осмотра трупа, пишут и Е.С. Жмурова, В.М. Быков, указывая, что эксгумация трупа производится для установления наличия (отсутствия) умершего в определенном месте захоронения в целях идентификации его личности, проведения повторного осмотра трупа, получения образцов для сравнительного исследования, предъявления трупа для опознания или проведения судебной экспертизы(4).


1 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И.Л. Петрухина. – М., 2002. – С. 253; Уголовный процесс Российской Федерации / отв. ред. А.П. Кругликов. – М., 2010. – С. 383.
2 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А.В. Смирнова. –  СПб., 2003. – С. 459; Уголовный процесс / под общ. ред. А.В. Смирнова. – М., 2008. – С. 396; Уголовный процесс / под ред. А.И. Долговой. – М., 2002. – С. 207.
3 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 г. / под общ. и науч. ред. А.Я. Сухарева. – М., 2002. – С. 307, 309; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / под ред. Н.А. Петухова, Г.И. Загорского. – М., 2002. – С. 324; Рыжаков А.П. Уголовный процесс. – М., 2003. – С. 390.
4 Быков В.М., Жмурова Е.С. Эксгумация трупа как самостоятельное следственное действие // Вестник Саратовской государственной академии права. – 2003. – № 2. – С. 61.


Ошибочным представляется  высказывание С.А. Шейфера о том, что «эксгумация не может считаться следственным действием, так как не обладает его главным признаком – получением доказательственной информации, ибо результаты эксгумации сами по себе доказательственной ценности не имеют»1. В случае отсутствия трупа в месте захоронения именно протокол эксгумации будет самостоятельным доказательством выявленного обстоятельства.

Вызывает сложности и оформление хода и результатов эксгумации. Ученые не пришли к единому мнению, сколько и каких именно протоколов необходимо составлять в случае производства эксгумации трупа и его последующего осмотра.

Мнения такие:
– результаты эксгумации и осмотра трупа оформлять единым протоколом(2);
– результаты эксгумации фиксировать в протоколе осмотра(3);
– оформлять эксгумацию отдельным протоколом(4).

В связи с тем, что выше мы привели доказательства самостоятельности эксгумации как следственного действия, то последовательно будем придерживаться той точки зрения, что каждое следственное действие должно быть оформлено отдельным протоколом. Поэтому при эксгумации следует оформлять самостоятельный протокол, хотя об этом прямо не указано в УПК РФ.

При необходимости извлечения трупа из места захоронения следователь выносит постановление об эксгумации (ч. 3 ст. 178 УПК РФ). Этот документ обязателен для администрации места захоронения, но не обязателен для родственников покойного, которые уведомляются о предстоящей эксгумации в обязательном порядке.
В случае поступления возражений относительно эксгумации от родственников покойного, разрешение на проведение этого следственного действия получается в судебном порядке. Исключений из судебного порядка получения разрешения на эксгумацию в случае возражения со стороны родственников покойного не предусмотрено.

Расходы, связанные с эксгумацией и последующим захоронением трупа, возмещаются родственникам покойного как процессуальные издержки (ч. 5 ст. 178, ст. 131 УПК РФ).

Освидетельствование

Освидетельствование – следственное действие, заключающееся в визуальной фиксации особых примет, следов преступления, телесных повреждений и иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела на теле человека, а также в выявлении состояния опьянения.

Условия проведения освидетельствования (ч. 1 ст. 179 УПК РФ):
– для достижения целей следственного действия не требуется проведение экспертизы;
– статус подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего или свидетеля у осви детельствуемого лица;


1 Уголовный процесс Российской Федерации / отв. ред. А.П. Кругликов. – М., 2010. – С. 383.
2 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.В. Мозякова. – М., 2002. – С. 406; Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев. – М., 2002. – С. 351.
3 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. А.В. Смирнова. СПб., 2003.– С. 459; Уголовный процесс / под общ. ред. А.В. Смирнова. – М., 2008.– С. 396
4 Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. – М., 2003. – С. 293; Рыжаков А.П. Уголовный процесс. – М., 2003. – С. 392.


– наличие согласия свидетеля на проведение этого следственного действия в отношении его, за исключением случаев, когда освидетельствование необходимо для оценки достоверности его показаний;
– наличие возбужденного уголовного дела либо случая, не терпящего отлагательства до возбуждения уголовного дела.

О производстве освидетельствования следователь выносит постановление, которое является обязательным для освидетельствуемого лица (ч. 2 ст. 179 УПК РФ).
Освидетельствование производится следователем. При необходимости следователь привлекает к участию в производстве освидетельствования врача или другого специалиста (ч. 3 ст. 179 УПК РФ).

При освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если  освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. В этом случае  освидетельствование производится врачом (ч. 4 ст. 179 УПК РФ). Фото-, видео и киносъемка в этих случаях проводятся с согласия освидетельствуемого лица (ч. 5 ст. 179 УПК РФ).

Еще при обсуждении проекта УПК РФ В. Быков и Н. Макаров отмечали такой недостаток ст. 179 УПК РФ, как включение в число целей освидетельствования выявления состояния опьянения или иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела, если для этого не требуется производство судебной экспертизы(1). На этот же недостаток обращает внимание С.А. Шейфер, который пишет, что «следователь путем простого наблюдения не может выявить у освидетельствуемого состояние опьянения»(2). С таким замечанием следует согласиться,  поскольку алкогольное, токсическое или наркотическое опьянение без наличия специальных медицинских познаний и применения химических препаратов далеко не всегда можно отличить от иных форм изменения сознания, возможных, например, в результате контузии, сотрясения головного мозга, применения сильнодействующих медицинских препаратов в лечебных целях, повышенного или пониженного артериального давления и т. п.


1 Быков В., Макаров Н. О регламентации следственных действий // Российская юстиция. – 1998. – № 2. – С. 22–23.
2 Шейфер С. Проблемы развития системы следственных действий в УПК РФ // Уголовное право. – 2002. – № 3. – С. 92.


Также по этой теме: