Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Сообщения о происшествиях, подлежащие регистрации в органах внутренних дел

Сообщения о происшествиях, подлежащие регистрации в органах внутренних дел

Сообщения о происшествиях, подлежащие регистрации в органах внутренних дел

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №5 год - 2011

Рыжаков А.П.,
заслуженный работник высшей школы РФ,
профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин
Тульского международного юридического института

Круг подлежащих регистрации сообщений о происшествиях определен п. 16 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях1 (далее – Инструкция). Здесь  дословно записано следующее: «В КУСП регистрируются: письменное заявление о преступлении (прил. 2)2; протокол принятия устного заявления о преступлении; протокол явки с повинной; заявление о безвестном исчезновении человека; рапорт сотрудника органа внутренних дел об обнаружении признаков преступления; поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации; сообщение и письменное заявление, в том числе интернет-сообщения о событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, в том числе о несчастных случаях, ДТП3, авариях, катастрофах, чрезвычайных происшествиях, массовых беспорядках, массовых отравлениях людей, стихийных бедствиях и иных событиях, требующих проверки для обнаружения возможных признаков  преступления или административного правонарушения; иная информация о происшествии, а также письменные обращения (предложения, жалобы, заявления), представленные в дежурную часть органа внутренних дел непосредственно автором (или лицом, представляющим его интересы).

Не подлежат регистрации в КУСП сообщения о ДТП, поступившие (выявленные) в подразделения ГИБДД, не требующие проверки для обнаружения возможных признаков преступления или административного правонарушения, единственным последствием которых являются  механические повреждения транспортных средств. Их регистрация производится в соответствии с нормативными правовыми актами, регламентирующими учет ДТП в органах внутренних дел».


1 Российская газета. – 2010. – 25 июня.
2 Письменное заявление о преступлении может быть составлено заявителем в произвольной форме. В заявлении о преступлении заявитель предупреждается об уголовной ответственности по ст. 306 Уголовного кодекса РФ за заведомо ложный донос.
3 Сообщения о ДТП, поступившие в орган внутренних дел лично от заявителя, по почте, телефону 02, телефону доверия, а также переданные из подразделений Госавтоинспекции.


Обратите внимание: среди документов, которые подлежат регистрации в КУСП, назван протокол явки с повинной. Однако, исходя из редакции ст. 142 УПК РФ, документ, в котором фиксируется такой повод для возбуждения уголовного дела, как явка с повинной, именуется заявлением о явке с повинной. Названное заявление может быть подано в орган дознания, коим является орган внутренних дел, в письменной и устной форме. Устное заявление принимается и заносится в протокол, установленный ч. 3 ст. 141 УПК РФ. Так как последний именуется протоколом принятия устного заявления о преступлении, последовательно утверждать, что и в случае поступления в орган внутренних дел устного заявления о явке с повинной составляется протокол принятия устного заявления о явке с повинной, а не протокол явки с повинной.

Итак, в КУСП регистрируется не протокол о явке с повинной, а письменное заявление о явке с повинной или протокол устного заявления о явке с повинной. Именно в этом значении и должно толковаться словосочетание «протокол о явке с повинной», употребленное ведомством в абз. 1 п. 16 Инструкции.

Одним из документов, которые согласно абз. 1 п. 16 Инструкции следует регистрировать в КУСП, названо поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении,  распространенному в средствах массовой информации. Такой документ, несомненно, предусмотрен УПК РФ. Но с него ли начинается уголовнопроцессуальная деятельность? Является ли он документом, в котором должна фиксироваться рассматриваемая разновидность сообщения о преступлении? Думается, никто не станет возражать, что в КУСП регистрируется именно тот документ, которым оформлено сообщение о происшествии, а в рассматриваемом случае – повод для возбуждения уголовного дела1 (начала уголовного процесса).

Исходя из редакции абз. 1 п. 16 Инструкции, получается, повод для начала уголовного процесса в искомой ситуации фиксируется в поручении прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации. Тогда почему в п. 3 приказа Следственного комитета при прокуратуре РФ от 7 сентября 2007 г. № 5 «О мерах по организации процессуального контроля» закреплено требование: «По поступившим в следственный орган постановлениям прокурора о направлении материалов для решения вопроса об уголовном  преследовании по фактам выявленных нарушений федерального законодательства в обязательном порядке обеспечивать составление следователями рапортов об обнаружении признаков преступлений, регистрацию их в установленном порядке и проведение проверки в соответствии со ст. 144, 145 УПК РФ». Почему в одном случае поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении должно иметь следствием составление документа, предусмотренного ст. 143 УПК РФ, а в другом нет?

Если в рассматриваемом поручении может быть зафиксирован повод начала уголовно-процессуальной деятельности, то дублировать данный документ путем оформления рапорта об обнаружении признаков преступления вряд ли нужно. Если законом не предусмотрено такого документа, фиксирующего сообщение о преступлении, как поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о пре ступлении, то рапорт об обнаружении признаков преступления должен быть кем-то составлен.


1 Так его принято именовать исходя из редакции ст. 140 УПК РФ. Между тем, думается, применительно к характеристике начала стадии возбуждения уголовного дела правильнее говорить о поводе к началу уголовного процесса, а не о поводе для возбуждения уголовного дела. Последний является поводом завершения названной стадии, а не ее начала. Хотя, несомненно, и в том, и в другом случае подразумевается одно и то же правовое явление (заявление, сообщение). Его наименование меняется вместе с трансформацией назначения.


Осталось выяснить, кто первым приступает в анализируемой ситуации к осуществлению уголовно-процессуальной деятельности (которая без повода для возбуждения уголовного дела начаться не может) и соответственно чья обязанность составлять такой рапорт?

Сразу оговоримся, что поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации, – это документ, о котором идет речь в ч. 2 ст. 144 УПК РФ. И если оно не было инициировано заявлением о преступлении либо явкой с повинной, то согласно ст. 143 УПК РФ лицо, принявшее данное сообщение о преступлении, обязано составить рапорт об обнаружении признаков преступления. Значит, регистрировать в данной ситуации в КУСП также следует не поручение прокурора о проведении проверки по сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации, а рапорт об обнаружении признаков преступления.

Осталось выяснить, чья обязанность его оформить? В этой связи напомним, что применительно к уголовно-процессуальному статусу прокурора в ч. 2 ст. 144 УПК РФ закреплено следующее: «По сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации, проверку проводит по поручению прокурора орган дознания... Редакция, главный редактор соответствующего средства массовой информации обязаны передать по требованию прокурора (следователя или органа дознания) имеющиеся в распоряжении соответствующего средства  массовой информации документы и материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию, за исключением случаев, когда это лицо поставило условие о сохранении в тайне источника информации».

В соответствии с ч. 1 ст. 37 УПК РФ прокурор сам осуществляет уголовное преследование. Это  его обязанность, обусловленная в том числе принципом публичности российского уголовного  процесса. Поэтому закономерен вопрос, не является ли нарушением данного принципа направление прокурором в орган дознания материалов для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных им нарушений федерального законодательства без предварительного оформления повода для возбуждения уголовного дела? Что же, собирание таких материалов осуществляется вне уголовного процесса? Тогда к какому виду деятельности следует отнести предусмотренное ч. 2 ст. 144 УПК РФ требование прокурора о передаче документов и материалов и, более того, поручение органу дознания осуществить проверку распространенного в средствах массовой информации сообщения о преступлении? Что здесь является поводом для возбуждения уголовного дела и что должно оформляться рапортом: сообщение, распространенное в средствах массовой информации, или же поручение прокурора?

Если первое, то по поводу получения прокурором сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, чем указанные в ст. 141 и 142 УПК РФ, и должен составляться рапорт об обнаружении признаков преступления. Причем это и есть повод начала уголовного процесса. Соответственно его оформление должно предшествовать не только поручению, но и направлению редакции (главному редактору) средства массовой информации требования о передаче документов (материалов и др.). Нельзя реализовывать уголовно-процессуальные права, в том числе давать уголовно-процессуальное поручение, до того, как начался сам уголовный процесс, до того, как у компетентного начинать уголовный процесс органа (должностного лица) появился соответствующий повод.

Зачем нужно это уточнение? Да затем, что, предоставив прокурору право поручать органу дознания проверку сообщения о преступлении, распространенного в средствах массовой информации, законодатель тем самым наделил самого прокурора возможностью начинать уголовно-процессуальные отношения, а значит, и правом оформлять соответствующий повод, если не сказать (учитывая принцип публичности российского уголовного процесса) возложил на него соответствующую обязанность.

До начала уголовного процесса нет участников уголовного процесса, то есть, по сути, нет органа дознания и прокурора как субъектов, наделенных уголовно-процессуальными правами  (обязанностями), а тем более реализующих эти права (обязанности). В ситуации же, упомянутой в ч. 2 ст. 144 УПК РФ, есть участники уголовно-процессуальной деятельности – прокурор, орган дознания, редакция, главный редактор средства массовой информации и др.

Думается, приведенные аргументы указывают на наличие у прокурора не только права, но и обязанности в случае поступления к нему сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, чем указанные в ст. 141 и 142 УПК РФ, оформлять рапорт об обнаружении признаков преступления, не дожидаясь, когда за него это сделает кто-то другой. И это всего-навсего одна из самых незначительных форм реализации предоставленного ему полномочия –осуществлять уголовное преследование.

Повод для возбуждения уголовного дела должен быть закреплен в одном из документов, предусмотренных ст. 141–143 УПК РФ. Исходя из этой аксиомы, в рассматриваемой ситуации должен быть составлен рапорт об обнаружении признаков преступления. И заставлять оформлять таковой по «постановлениям прокурора о направлении материалов для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных нарушений федерального законодательства» нужно не сотрудника органа внутренних дел (следователя), а прокурора. Последний при наличии к тому фактических оснований такой рапорт обязан сам составить, передать его в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ по подследственности в орган предварительного расследования для осуществления предусмотренной ст. 144 УПК РФ предварительной проверки сообщения о преступлении.

И регистрироваться в этом случае сообщение о происшествии должно по правилам п. 20 Инструкции. О регистрации такового прокурор («отправитель») уведомляется письменно.

Отдельным видом документов, подлежащих регистрации в КУСП, названы интернет-сообщения о событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, в том числе о несчастных случаях, ДТП, авариях, катастрофах, чрезвычайных происшествиях, массовых беспорядках, массовых отравлениях людей, стихийных бедствиях и иных событиях, требующих проверки для обнаружения возможных признаков преступления или административного правонарушения. Напомним, что таковые в соответствии с абз. 4 п. 7 Инструкции распечатываются и дальнейшая работа с ними ведется как с письменными сообщениями о происшествии.

Несомненно, что такого рода сообщения не будут содержать сведения сразу обо всех вышеперечисленных явлениях. Достаточно одного из них, к примеру сообщения о событии, угрожающем общественной безопасности, где общественнаябезопасность есть неотъемлемая часть национальной безопасности, охватывающая общественные отношения в сфере предотвращения или устранения угрозы для жизни, здоровья людей и их имущества1.

Согласно ч. 1 ст. 1 Закона РФ от 5 марта 1992 г. № 2446-1 «О безопасности»2 безопасность – это состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. Соответственно личной безопасностью является состояние защищенности жизненно важных интересов личности от внутренних и внешних угроз.

Несчастным случаем соответственно будет событие, в результате которого человек получил увечье или иное повреждение здоровья, приведшее к временной или стойкой утрате им трудоспособности либо его смерти.

Авария – это опасное техногенное происшествие, создающее на объекте, определенной территории или акватории угрозу жизни и здоровью людей и приводящее к разрушению или повреждению зданий, сооружений, оборудования и транспортных средств, нарушению производственного или транспортного процесса, нанесению ущерба окружающей среде (п. 2 ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о  безопасности зданий и сооружений»3).

Авариями могут именоваться и иного, тем не менее аналогичного рода явления, в том числе катастрофа. Катастрофа – крупная авария, повлекшая за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей либо разрушения, либо уничтожение объектов, материальных ценностей в значительных размерах, а также приведшая к серьезному ущербу окружающей природной среды4.

Чрезвычайных происшествий также множество. Например, чрезвычайное происшествие на воздушном судне – это событие, связанное с эксплуатацией воздушного судна, но не относящееся к авиационному происшествию, при котором наступило одно из следующих последствий:

– гибель кого-либо из находившихся на борту воздушного судна в результате умышленных или неосторожных действий самого пострадавшего или других лиц, не связанная с  функционированием воздушного судна;
– гибель какого-либо лица, самовольно проникшего на воздушное судно и скрывавшегося вне зон, куда открыт доступ пассажирам и членам экипажа;
– гибель членов экипажа или пассажиров в результате неблагоприятных воздействий внешней среды после вынужденной посадки воздушного судна вне аэродрома;
– гибель или телесные повреждения со смертельным исходом любого лица, находящегося вне воздушного судна, в результате непосредственного контакта с воздушным судном, его элементами или газовоздушной струей силовой установки;
– разрушение или повреждение воздушного судна на земле, повлекшее нарушение прочности его конструкции или ухудшение летно-технических характеристик в результате стихийного бедствия или нарушения технологии обслуживания, правил хранения или транспортировки;


1 См.: Об утверждении Концепции комплексной безопасности города Москвы. Распоряжение Правительства Москвы от 16 апреля 2010 г. № 707-РП [Электронный ресурс] // Справочная система «КонсультантПлюс Технология 3000: Словарь терминов». – М., 2010.
2 Ведомости Совета народных депутатов и Верховного Совета РФ. – 1992. – № 15. – Ст. 769.
3 Собрание законодательства РФ. – 2010. – № 1. – Ст. 5.
4 См.: Райзберг Б.А. Современный экономический словарь / Б.А. Райзберг, Л.Ш. Лозовский, Е.Б. Стародубцева. – М.: Инфра-М, 2006.


– угон воздушного судна, находящегося на земле или в полете, или захват такого судна в целях угона (п. 1.2.2.27 Правил расследования авиационных происшествий и инцидентов с  гражданскими воздушными судами в Российской Федерации1).

Массовые беспорядки – это грубое нарушение общественного порядка, сопровождающееся причинением насилия гражданам, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти2.

Массовые отравления (неинфекционные заболевания) – это заболевания человека, возникновение которых обусловлено воздействием физических, и (или) химических, и (или) социальных факторов среды обитания (ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»3).

И последнее: стихийное бедствие – это разрушительное природное и природноантропогенное явление или процесс значительного масштаба, в результате которого может возникнуть угроза жизни и здоровью людей, произойти разрушение или уничтожение материальных ценностей и компонентов окружающей природной среды4.

Любое сообщение о вышеперечисленных событиях, как, впрочем, и все сообщения об иных событиях, подлежит регистрации в КУСП только тогда, когда оно требует проверки для обнаружения возможных признаков преступления или административного правонарушения.

В этой связи важно понимать, что такое признаки преступления, необходимость и возможность выявления которых возлагает обязанность на органы внутренних дел регистрировать сообщение о событии в КУСП? Частично данный институт нами охарактеризован в комментарии к п. 4 Инструкции. Там мы пришли к выводу, что под признаками преступления здесь подразумеваются уголовно-процессуально значимые признаки общественно опасного деяния и (или) наступивших общественно опасных последствий, которые могут быть существенными и несущественными, бесспорно и вероятно имевшими место. В зависимости от сочетания таковых в одном случае необходимо приступать к уголовному процессу, а в другом нет. Если к уголовно-процессуальной проверке сообщения о происшествии необходимо приступить, то оно обязательно регистрируется в КУСП, если нет, то регистрировать таковые нужно лишь тогда, когда в них присутствуют признаки административного правонарушения.

В зависимости от того, данными о наличии (отсутствии) каких признаков преступления располагает орган предварительного расследования существенных или несущественных, точно или вероятно установленных, и в каком объеме, складывается та или иная типичная ситуация. Для каждой из таковых законным будет принятие только одного, строго определенного процессуального решения: приступить к предварительной проверке заявления (сообщения) о преступлении, возбудить уголовное дело, отказать в возбуждении уголовного дела (в каждом из этих трех случаев необходима предварительная регистрация сообщения о преступлении в КУСП) или же вообще не начинать уголовный процесс.


1 Собрание законодательства РФ. – 1998. – № 25. – Ст. 2918.
2 См.: Инструкция по составлению сведений о деятельности учреждения здравоохранения (медицинского формирования), принимавшего участие в ликвидации чрезвычайных ситуаций (отчетная форма № 55). Утверждена приказом Министерства здравоохранения РФ от 14 сентября 1999 г. № 02-23/2-20.
3 Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 14. – Ст. 1650.
4 См.: Райзберг Б.А. Современный экономический словарь / Б.А. Райзберг, Л.Ш. Лозовский, Е.Б. Стародубцева. – М.: Инфра-М, 2006.


Закономерные связи между определенным набором уголовно-процессуально значимых признаков преступлений и наличием или отсутствием фактического основания для начала уголовного процесса либо для возбуждения уголовного дела лучше всего демонстрируются таблицей (табл. 1). Здесь в одной колон ке приведены все возможные варианты сочетания уголовно-процессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления, а в другой отражено, какому фактическому основанию данное сочетание соответствует. В этой же таблице начиная с графы № 23 приводятся сочетания наличия и (или) отсутствия признаков объективной стороны состава преступления, при выявлении которых к уголовному процессу приступать не следует. Отсутствие в распоряжении компетентного органа фактических оснований к началу уголовного процесса не позволяет ему применять какие-либо уголовно-процессуальные средства. Это правило касается законности не только производства следственных действий, но и иных предусмотренных ст. 144 УПК РФ средств предварительной проверки.

Приведенная таблица может использоваться лишь с учетом требований, закрепленных в ст. 20, 24 и ч. 4 ст. 147 УПК РФ. В ст. 20 УПК РФ закреплено специальное условие, касающееся возбуждения уголовных дел частного и частнопубличного обвинения, – необходимость специального заявления потерпевшего. Статья 24 УПК РФ содержит перечень оснований отказа в возбуждении уголовного дела – обстоятельств, бесспорное наличие которых в большинстве случаев налагает на следователя (дознавателя и др.) обязанность вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В ч. 4 ст. 147 УПК РФ закреплены процедурные требования к порядку принятия и оформления решения о возбуждении уголовного дела, главное из которых связано с тем, что при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя самостоятельно принять решение о возбуждении уголовного дела частно-публичного обвинения дознаватель вправе лишь с согласия прокурора.

Из приведенной таблицы видно, что бесспорное наличие в деянии одного из существенных признаков объективной стороны состава преступления, как правило, требует возбуждения уголовного дела и соответственно регистрации сообщения в КУСП (графы 1–7)1. Исключение составляют лишь те случаи, когда одновременно с существенным признаком из повода следует точно установленное отсутствие признаков общественно опасного деяния, а по материальным составам преступления – также бесспорное отсутствие признаков общественно опасных последствий (графы 9–12).

На первый взгляд кажется, что в приведенной ситуации нет оснований начала уголовного процесса, так как в поводе сообщается о деянии, в котором явно отсутствует состав преступления. Однако в приведенной ситуации основания начала уголовного процесса все же имеются, компетентные органы обязаны приступить к предварительной проверке заявления (сообщения) о подобного рода происшествии уже только потому, что в поводе содержатся бесспорно установленные уголовно-процессуально значимые существенные признаки общественно опасных последствий, а по материальным составам – и бесспорно установленные уголовнопроцессуально значимые существенные признаки общественно опасного деяния.

Здесь должно действовать правило: наличие в поводе бесспорно установленного уголовно-процессуально значимого существенного признака объективной стороны состава преступления имеет следствием как минимум начало уголовного процесса. Отказ в возбуждении уголовного дела – предусмотренное законом, а значит, законное, процессуальное решение. И поэтому то обстоятельство, что после производства предварительной проверки заявления (сообщения), скорее всего, необходимо будет вынести указанное решение, ничего не меняет. Сообщение о  преступлении регистрируется в КУСП и производится его проверка.

Точно установленное наличие пары несущественных признаков преступления предполагает наличие фактических оснований для возбуждения уголовного дела. В такой ситуации заявление (сообщение) о преступлении регистрируется в КУСП, и сразу после этого должно быть принято решение о возбуждении уголовного дела без производства предварительной проверки (графа 8).


1 К подобного рода выводу процессуалисты приходили и ранее. См.: Шурухнов Н.Г.  Предварительная проверка заявлений и сообщений о преступлениях в стадии возбуждения уголовного дела. Процессуальные и организационные вопросы : дис. ... канд. юрид. наук. – М. : Академия МВД СССР, 1982. – С. 75–76; Кукушкин Ю.А. Нерешенные вопросы предварительного следствия по делам о пожарах // Вопросы совершенствования следственной работы : сб. 1. – М., 1970. – С. 73 и др.


Когда же наличие одного из несущественных признаков, существенного признака последствий (за исключением случаев, когда одновременно установлено бесспорное отсутствие второго уголовно-процессуально значимого признака объективной стороны состава преступления) либо существенного признака деяния установлено вероятно, налицо фактические основания к началу уголовного процесса (графы 13–22). Соответственно следует зарегистрировать такое заявление (сообщение) о преступлении в КУСП и приступить к предварительной проверке заявления (сообщения) о преступлении. Если же к окончанию срока проверки вероятность наличия признаков преступления не отпадет, должно быть возбуждено уголовное дело1.

Во всех других ситуациях при бесспорном отсутствии в деянии, о котором стало известно следователю (дознавателю и др.), одного и тем более двух уголовнопроцессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления уголовно-процессуальных отношений не возникает. В таком поводе отсутствует не только фактическое основание для возбуждения уголовного дела, но и фактическое основание для начала уголовного процесса. Это значит, что в поводе нет признаков преступления в том смысле этого слова, который заложен в него законодателем ч. 2 ст. 140 УПК РФ (графы 23–36). Такого рода сообщения должны учитываться в КУСП лишь в случае наличия в происшествии признаков административного проступка.

По результатам их рассмотрения может быть вынесено решение:

– о возбуждении дела об административном правонарушении;
– о вынесении мотивированного определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении;
– о передаче на рассмотрение по подведомственности;
– о приобщении к материалам ранее зарегистрированного сообщения о том же происшествии;
– о приобщении к материалам специального номенклатурного дела2.

Последней разновидностью документов, подлежащих регистрации в КУСП, являются «письменные обращения (предложения, жалобы, заявления), представленные в дежурную часть органа внутренних дел непосредственно автором (или лицом, представляющим его интересы)». Таковые согласно требованиям п. 13 Инструкции не могут быть анонимными.

Следуя общей логике положений, составляющих настоящую Инструкцию, думается, позволительно заявить, что данные письменные обращения не содержат признаков объективной стороны состава по крайней мере преступления, а скорее всего, и административного правонарушения (ведь «событие» и «происшествие» по сути слова-синонимы). Иначе они являются документами, о которых уже упоминалось выше в том же абзаце Инструкции. Такого рода сообщения о происшествиях, исходя из редакции п. 4 и 16 Инструкции, также подлежат регистрации в КУСП. Исключения из этого правила прямо закреплены в том же ведомственном нормативном правовом акте (абз. 2 п. 10, абз. 1 п. 13, абз. 2 п. 16, абз. 6 п. 19 Инструкции).


1 Аналогичные высказывания имели место и ранее. См.: Безуглов М.В. Актуальные проблемы организации расследования и предупреждения пожаров // Актуальные вопросы борьбы с  преступностью. – Томск, 1984. – С. 209–210; Ларин А. Версии при возбуждении уголовного дела // Соц. законность. – 1976. – № 1. – С. 55.
2 См.: Об утверждении Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о  происшествиях: приказ МВД России от 1 декабря 2005 г. № 985 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. – 2005. – № 52.


А теперь несколько слов по поводу смысла идеи, заложенной в абз. 2 п. 16 Инструкции. Не подлежат регистрации в КУСП сообщения о ДТП, поступившие (выявленные) в подразделения ГИБДД, бесспорно не требующие проверки для обнаружения возможных уголовно-процессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления или административно-юрисдикционно значимых признаков объективной стороны административного правонарушения, единственным последствием которых являются механические повреждения транспортных средств.

Для того чтобы правила абз. 2 п. 16 Инструкции на сообщение о происшествии не распространялись, достаточно вероятности наличия в событии уголовнопроцессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления или административно-юрисдикционно значимых признаков объективной стороны административного правонарушения.

В абз. 2 п. 16 Инструкции речь идет о ДТП, «единственным последствием которых являются механические повреждения транспортных средств». Думается, данное положение должно быть уточнено. Во-первых, механических повреждений транспортного средства может быть разное количество – от одного до бесконечности. Во-вторых, если, к примеру, одновременно с повреждением транспортного средства поврежден был и чемодан, находившийся в багажнике автомобиля, то данное обстоятельство не указывает на необходимость регистрации сообщения о таком происшествии в КУСП.

Указывая на такое последствие, как механические повреждения транспортных средств, ведомство имело в виду, что в результате ДТП пострадавшему, бесспорно, был причинен лишь имущественный вред. Причем в учет также не берется то обстоятельство, что ДТП причиняет обычно и моральный вред. Думается, более правильно данную мысль было бы изложить так: «Не подлежат регистрации в КУСП сообщения о ДТП, поступившие (выявленные) в подразделения ГИБДД, бесспорно не требующие проверки для обнаружения возможных уголовно-процессуально значимых признаков объективной стороны состава преступления или административно-юрисдикционно значимых признаков объективной стороны административного правонарушения, в результате совершения которых не был причинен вред здоровью (жизни) участников ДТП». Моральный и имущественный вред мог иметь место, но не было причинено физического вреда пострадавшему. Пока же именно так следует толковать первое предложение абз. 2 п. 16 Инструкции.

Учет ДТП в органах внутренних дел должен осуществляться по правилам, определенным Инструкцией по учету дорожно-транспортных происшествий в органах внутренних дел1.


1 См.: О мерах по реализации постановления Правительства Российской Федерации от 29 июня 1995 г. № 647: приказ МВД России от 18 июня 1996 г. № 328 // Бюллетень текущего  законодательства. – 1996. – Вып. 16. – Ч. III.


Также по этой теме: