Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Вопросы привлечения к уголовной ответственности лиц, вовлекающих несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность

Вопросы привлечения к уголовной ответственности лиц, вовлекающих несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность

Вопросы привлечения к уголовной ответственности лиц, вовлекающих несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №4 год - 2011

Бойко Т.К.,
старший следователь
контрольно-методического отдела
следственного управления при УВД
по Тульской области, подполковник юстиции

 

Выявление и привлечение к ответственности взрослых лиц, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий, – составная часть борьбы с правонарушениями и преступлениями, совершаемыми при участии несовершеннолетних, которая является одним из основных направлений деятельности правоохранительных органов.

Это связано с тем, что уголовно-правовая охрана несовершеннолетних, защита их законных прав и интересов, обеспечение надлежащего нравственного и психического развития – одна из важнейших задач государства и всего мирового сообщества.

Конвенция о правах ребенка, одобренная Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г., вступившая в силу в СССР 15 сентября 1990 г., основываясь на Декларации прав ребенка, провозгласила, что «ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения».

В соответствии с преамбулой Федерального закона от 3 июля 1998 г. «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» детство признается важным этапом в жизни человека. Государство исходит из принципов приоритетности подготовки детей к полноценной жизни в обществе, развития у них общественно значимой и творческой активности, воспитания в них высоких нравственных качеств, патриотизма и гражданственности.

Вместе с тем в современной криминальной ситуации, сложившейся в России, наименее защищенной категорией граждан оказались именно несовершеннолетние. Еще не достигшие по физическим и психологическим стандартам уровня, необходимого для жизни и работы в условиях современного производства и потребления, лишенные возможности самостоятельно обеспечивать свои потребности, в условиях ослабления семейного воспитания и надзора, несовершеннолетние все чаще оказываются вовлеченными в совершение преступлений. Не случайно большинство опрошенных нами сотрудников правоохранительных органов отметили, что вовлечение играет важную детерминирующую роль в развитии преступности несовершеннолетних, а некоторые из них рассматривают рост количества случаев вовлечения взрослыми несовершеннолетних в совершение преступлений в качестве одной из основных характеристик современной криминальной ситуации.

Общественная опасность вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления заключается, прежде всего, в том, что взрослые, совершившие указанное преступление, вместо воспитания несовершеннолетних в духе законопослушания и нравственности на положительных примерах сами вовлекают их в совершение преступлений и тем самым утверждают в сознании подростка представление о возможности противозаконных способов обогащения, вседозволенности и избежания наказания(1).

Именно этим и обусловлена исключительная важность привлечения взрослых лиц, вовлекающих несовершеннолетних в преступную и иную антиобщественную деятельность, к уголовной ответственности с целью пресечения негативного воздействия на подрастающее поколение и обеспечения профилактической цели наказания.

Приоритетность работы по данному направлению подчеркивается внесением мероприятий, направленных на ее реализацию, в основные руководящие документы, регламентирующие деятельность органов внутренних дел.

Кроме этого, проблемы охраны детства раскрывались в Послании Президента РФ Федеральному Собранию РФ 30 ноября 2010 г., что также указывает на необходимость повышения эффективности работы по профилактике вовлечения несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность, что достигается в том числе выявлением и привлечением к уголовной ответственности лиц, совершающих такие преступления.

Негативное влияние взрослых преступников не только способствует совершению преступлений подростками, но и нередко придает им более организованный характер. Наличие влияния взрослых лиц, в том числе в качестве подстрекателей и иных соучастников, законодатель определил как одно из обстоятельств, подлежащих обязательному установлению по делам данной категории (ст. 421 УПК РФ).

В условиях обострившихся социальных и экономических отношений произошло резкое снижение уровня и качества жизни несовершеннолетних. Как справедливо отмечается многими авторами, главной причиной этого является нездоровая атмосфера в семье, обозначаемая понятием «неблагополучная семья», а ее несовершеннолетние члены составляют группу риска. Многие семьи, оказавшись за чертой бедности, сократили расходы на образование, удовлетворение досуговых интересов своих детей, организацию их отдыха, что, в свою очередь, послужило катализатором развития такого социально-правого явления, как преступления, совершаемые против несовершеннолетних. Об этом свидетельствуют и данные официальной статистики. Так, ежегодно совершаются преступления в отношении более 126 тыс. несовершеннолетних(2).


1. Деятельность сотрудников органов внутренних дел по привлечению лиц к уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность. – Новосибирск : ВНИИ МВД России, 2009.
2. Андрюхин Н.Г. Психологические особенности родителей и несовершеннолетних из неблагополучных семей, коррекция их противоправного поведения. – М. : ВНИИ МВД России, 2009.


Проблема борьбы с преступностью взрослых, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений, давно и остро стоит перед правоохранительными органами Российской Федерации.

Не секрет, что преступность несовершеннолетних – это «резерв» преступности взрослых. Кроме того, сформировавшаяся в подростковом возрасте антиобщественная направленность, как правило, плохо поддается коррекции, что связано с психофизиологическими особенностями личности подростков.

Следует отметить, что в настоящее время подростковая преступность характеризуется повышенной жестокостью, цинизмом и довольно часто внешней безмотивностью, что позволяет сделать вывод о том, что преступное поведение – способ самореализации, самовыражения несовершеннолетних и даже малолетних с точки зрения закона детей.

К сожалению, отсутствие четких нравственных идеалов в обществе, его финансовое расслоение, рост безработицы с уменьшением возможности досуговой занятости большого количества подростков провоцируют данную категорию граждан на бесцельное времяпрепровождение в компании сверстников, а то и более взрослых по возрасту лиц, где зачастую культивируется пьянство или употребление наркотиков.

Проведение досуга в таких группах, особенно при отсутствии лидерских качеств у подростка, приводит к восприятию им такого образа жизни как должного. Соответственно, опыт окружающих его лиц побуждает сделать его частью своего опыта, что может влечь за собой начало преступной деятельности.

Но следует отметить, что не только деятельность подростковых или смешанных групп, в состав которых входит ребенок, может повлечь за собой его антиобщественные проявления. Зачастую пример подают родители, родственники подростка. В семьях, где, например, употребление спиртного – норма, данный процесс становится и частью жизни несовершеннолетнего, особенно когда подростку систематически предлагают попробовать тот или иной спиртной напиток, а то и навязывают его.

Также не секрет, что среди детей нередки случаи попрошайничества, бродяжничества, в том числе с подачи родителей. Однако примечание к ст. 151 УК РФ, где говорится, что ее действие «не распространяется на случаи вовлечения несовершеннолетнего в занятие бродяжничеством, если это деяние совершено родителем вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вызванных утратой источника средств существования или отсутствием места жительства», не позволяет должным образом бороться с данными антиобщественными проявлениями. Несмотря на то, что в настоящее время много семей находится в тяжелых жизненных обстоятельствах, это тем не менее не лишает, как нам кажется, родителей обязанности по обеспечению нормального существования ребенка.

Безусловно, в данной ситуации немаловажную роль играет необходимость надлежащего  социального обеспечения детей со стороны государства. И то, что Президент РФ большую часть Послания Федеральному Собранию РФ от 30 ноября 2010 г. посвятил проблемам защиты материнства и детства, говорит о том, что руководство страны крайне обеспокоено негативными процессами, происходящими в данной сфере общественной жизни и, соответственно, будет продолжать реализовывать эффективные меры борьбы с ними.

Здесь следует отметить, что часто негативное воздействие на ребенка оказывает не отсутствие высокого уровня денежного достатка, а недостатки воспитания, когда родители (или одинокий родитель) своим поведением и отношением к окружающим провоцируют в нем злость, зависть к более обеспеченным. То же самое обусловливает зачастую и школьный коллектив, в котором разница в достатке оценивается и подчеркивается.

Все указанные обстоятельства, как уже было сказано, провоцируют преступность  несовершеннолетних. И тем более важно осуществлять эффективную борьбу с взрослыми лицами, которые вовлекают подростков в совершение правонарушений и тем более преступлений. На практике существуют определенные проблемы реализации статей, предусматривающих уголовную ответственность за вовлечение подростков в преступную и иную антиобщественную деятельность.

Так, ст. 150 УК РФ «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления»  предусматривает ответственность за вовлечение подростка в совершение преступления путем обещаний, обмана, угроз или иным способом, совершенное лицом, достигшим 18-летнего возраста.

Как правило, взрослый отрицает свою осведомленность о возрасте несовершеннолетнего лица, вовлекаемого им в совершение преступных или антиобщественных действий. Поэтому на начальном этапе расследования необходимо проверить, соответствуют ли его показания всем фактическим обстоятельствам дела.

Объективными доказательствами того факта, что взрослый знает о возрасте вовлекаемого им несовершеннолетнего в преступную или антиобщественную деятельность, могут служить:

– внешний вид подростка (очевидность его возраста, особенности поведения, речи);
– родственные отношения;
– профессиональные отношения (учитель, ученик и т. п.);
– продолжительность знакомства по месту жительства, учебы, работы;
– совместные празднования дня рождения, дарственные надписи на подарках, записи в блокнотах и записных книжках с указанием даты рождения и пр.

Наибольшую сложность вызывает доказывание факта осведомленности вовлекающего о возрасте вовлекаемого, когда указанные лица не состоят в родственных отношениях. В этом случае, как правило, защитную версию вовлекающего опровергнуть крайне сложно, даже тщательно исследуя личность подростка и взрослого, тем более что зачастую в совершение преступлений и антиобщественных действий вовлекают подростков малознакомых, а то и вовсе незнакомых, внешний вид которых далеко не всегда свидетельствует об их несовершеннолетнем возрасте.

В то же время в следственной практике бывают случаи, когда, вовлекая заведомо  несовершеннолетнего в совершение преступления, взрослое лицо не признает свою вину, мотивируя свое поведение незнанием закона, что, впрочем, не освобождает его от уголовной ответственности. Примером может служить вынесение Арсеньевским районным судом Тульской области обвинительного приговора в отношении А.В. Грачева, вовлекшего несовершеннолетнего П.Г. Грачева, являющегося его братом, в совершение серии краж из дачных домов, расположенных на территории Арсеньевского района Тульской области. В судебном заседании подсудимый А.В. Грачев показал, что не вовлекал несовершеннолетнего П.Г. Грачева в совершение преступления, он не знал, что наступает уголовная ответственность, если вместе с несовершеннолетним в группе совершаешь преступление. Данное обстоятельство не было принято судом во внимание, так же как и мнение защиты о необходимости оправдания  подсудимого, поскольку в судебном заседании было установлено, что несовершеннолетний П.Г. Грачев совершил кражу только после предложения половины денег от реализации похищенного. По эпизоду вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления суд назначил А.В. Грачеву наказание в виде лишения свободы(1).

Еще одной проблемой при квалификации действий по ст. 150, 151 УК РФ служит тот факт, что в достаточно большом количестве случаев преступления или антиобщественные действия совершают лица из одной компании, с небольшой разницей в возрасте, когда невозможно установить, от кого именно поступило предложение о совершении противоправного поступка. А зачастую в таких объединениях, где превалирует возраст 16–18 лет, выраженными лидерскими качествами обладают лица более младшего возраста и «вовлеченными» оказываются совершеннолетние, что опровергнуть также крайне проблематично.

При вовлечении же в совершение преступления давно существует преступная практика возложения вины на подростка под предлогом того, что для несовершеннолетних существует более мягкая уголовная ответственность. И подросток из чувства солидарности, из ложно понятого чувства товарищества берет вину на себя, а взрослый уходит от ответственности за вовлечение.

Сложности возникают и при процессуальном закреплении самого факта вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления или антиобщественного действия. Несмотря на перечисление в законе действий, свидетельствующих о нем, все равно данный момент остается размытым, неконкретизированным, что вызывает проблемы правоприменения. Каждый прокурор, каждый суд выработал свою трактовку и свой подход к определению данного понятия, усматривая недостаточность доказательств вовлечения при подписании обвинительного заключения (акта) и вынесении приговора.

Вовлечением следует считать активные действия, направленные на возбуждение желания у последнего участвовать в совершении преступления.

Для признания вовлечения состоявшимся закон предусматривает возможность использования обещаний, обмана, угроз или иных способов. Что подразумевается под «иными способами», закон не раскрывает. Представляется, что наиболее подробно понятие процесса вовлечения закрепляло постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г., которое разъясняло, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать действия, возбуждающие у него желание участвовать в совершении одного или нескольких преступлений, сопряженные с применением физического или психического воздействия (побои, уговоры, уверения в безнаказанности, лесть, угрозы, запугивание, подкуп, обман, возбуждение чувства мести, зависти или других низменных побуждений, дача совета о месте и способах совершения или сокрытия следов преступления, обещание оказать содействие в реализации похищенного и др.)(2).

Есть мнение, что «способы, которые выбирает виновный для возбуждения желания у другого лица совершить преступное деяние, могут быть самыми разнообразными, их перечень является открытым. Однако они не должны вводить


1. Приговор Арсеньевского районного суда Тульской области от 2 августа 2007 г.
2. О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность : постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. № 16 (по сост. на 5 декабря 1986 г.) // Бюллетень Верховного Суда СССР. – 1982. – № 5. – С. 6.


в заблуждение или полностью подавлять волю вовлекаемого лица, которое всегда остается свободно действующим субъектом. Следовательно: а) применяемые способы не должны создавать состояние крайней необходимости и б) по своим свойствам они должны обладать способностью вызывать в другом лице решимость сознательно действовать определенным образом (что не всегда возможно при обмане)»(1).

Однако мы не в полной мере согласны с этим мнением. Почему не может считаться вовлечением в совершение преступления, например, ситуация, при которой подростка вынуждают его совершить под угрозой расправы над его близкими?

То же самое касается и вопроса квалификации деяния лица по ч. 3 ст. 150 и ч. 3 ст. 151 УК РФ. Если несовершеннолетний вовлекается в совершение преступных или антиобщественных действий под воздействием угрозы применения насилия, как, кроме состояния крайней необходимости, можно определить эту ситуацию? Безусловно, в каждом конкретном случае необходимо рассматривать, какие именно  правоохраняемые интересы были принесены в жертву. Однако, по нашему мнению, при любой ситуации вовлечение здесь будет иметь место и за него должна возникать ответственность. Другое дело – ответственность подростка.

Что касается применения насилия, то здесь несовершеннолетнее лицо фактически утрачивает возможность выбора, и о решимости с его стороны сознательно действовать речь может идти далеко не всегда.

Еще один спорный момент возникает при разграничении угрозы и применения насилия. Ведь насилие может быть как физическим, так и психическим. А угроза также является разновидностью психического насилия. Вопрос критериев деления в данном случае не урегулирован. В основной массе изученных нами источников психическое насилие подразумевает под собой угрозу применения физического насилия, ставящего в опасность жизнь, здоровье или какие-либо особенно важные для подвергающегося воздействию лица или его близких, ценности.

Однако согласно мнению Е.Г. Веселова «насилием будет любая угроза, так как закон не дает нам оснований для ограничения содержания психического насилия только угрозой физического насилия. Главное, чтобы такая угроза отвечала признаку соразмерности принуждения… Угроза, доведенная до сведения адресата непосредственно (например лично)… всегда является элементом принуждения: это не просто сообщение о грозящей опасности, это сообщение об опасности, исходящей от угрожающего. Лицо, угрожающее другому, преследует определенную цель... Содержание угрозы выражается в неблагоприятных последствиях и в действиях, которые следует предпринять или не предпринимать, чтобы эти последствия не произошли. Последствия должны носить исключительно преступный характер…»(2).

И, разделяя это мнение, мы полагаем, что угроза как составляющая объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, должна отграничиваться от психического насилия, входящего в состав объективной стороны деяния, предусмотренного ч. 3 той же статьи, по признаку опасности последствий, предполагаемых на основании высказываемых вовлекающим намерений.

Проблемы, возникающие при привлечении к ответственности лица за вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий, в первую очередь состоят в необходимости доказывания систематичности такого вовлечения.


1 Чучаев А.И., Палий В.В. Вовлечение в совершение преступления: спорные вопросы трактовки // Российский следователь. – 2006. – № 9.
2 Веселов Е.Г. Физическое или психическое принуждение // СПС «КонсультантПлюс».


Систематическое употребление алкоголя или одурманивающих веществ предполагает склонение несовершеннолетнего к этому более двух раз в течение непродолжительного времени (например, один раз в неделю, каждый месяц)(1).

На практике для возбуждения уголовного дела по ст. 151 УК РФ с целью привлечения к ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в употребление спиртного или одурманивающих веществ необходимо наличие не менее двух протоколов об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.10 Кодекса об административных правонарушениях РФ «Вовлечение несовершеннолетнего в употребление пива и напитков, изготавливаемых на его основе, спиртных напитков или одурманивающих веществ», рассмотренных комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав, с признанием лица виновным в вовлечении подростка в употребление спиртных или одурманивающих веществ. Решения по данным протоколам подтверждают наличие систематичности употребления несовершеннолетним указанных веществ под воздействием одного и того же лица, которое и подлежит в этом случае уголовной ответственности.

Источниками информации, способствующими раскрытию преступлений, предусмотренных ст. 150, 151 УК РФ, могут служить:

– заявления и жалобы граждан;
– сообщения должностных лиц органов образования, здравоохранения, опеки и попечительства, социальной защиты населения и др.;
– оперативная информация других служб о фактах вовлечения несовершеннолетних в преступную или антиобщественную деятельность.

С целью выявления вышеназванных преступлений и привлечению к уголовной ответственности взрослых организаторов возможно применение сотрудниками правоохранительных органов следующих форм и методов работы:

а) изучение и проработка учетных материалов:
– о неблагополучных семьях;
– смешанных молодежных группах с криминальной и антиобщественной направленностью;
– несовершеннолетних, состоявших на учете в органах внутренних дел и снятых по достижению 18-летнего возраста, но не вставших на путь исправления, а также книг учета лиц, доставленных в ОВД за совершение правонарушений, учета административных протоколов;

б) проверка по месту жительства несовершеннолетних, чьи родители или другие совершеннолетние члены семьи ранее совершали преступления, злоупотребляют спиртными напитками или употребляют наркотические средства и одурманивающие вещества;

в) осуществление профилактической работы с подростками, состоящими на учете в органах внутренних дел и особенно вернувшимися из воспитательных колоний, специализированных образовательных учреждений, ранее судимыми, не имеющими постоянного источника дохода;

г) проведение совместно с другими службами рейдов по выявлению притонов, а также несовершеннолетних, занимающихся бродяжничеством, попрошайничеством и проституцией;


1. Комментарий к Уголовному кодексу РФ, постатейный / под ред А.В. Бриллиантова. М. : Проспект, 2010.


д) проверка мест возможного приобретения несовершеннолетними наркотических средств и одурманивающих веществ, сбыта краденого, изобличение взрослых распространителей наркотиков и скупщиков краденого;

е) учет подростковых групп с криминальной направленностью, имеющих в своем составе взрослых лиц, проведение работы по отслеживанию и документированию их противоправной деятельности, своевременное принятие к ним административных и уголовно-правовых мер воздействия в соответствии с установленным законодательством.

Подводя итог сказанному, следует отметить, что, к сожалению, просто предложение совершить преступление не трактуется законом и судами как вовлечение, несмотря на то, что неокрепшая психика подростка может принять его как руководство к действию просто в силу незрелости. Тем более понятно, что предложение совместно совершить преступление или распить спиртное не может строиться на добрых побуждениях, высказываться из педагогических или иных положительных целей. Данное обстоятельство затрудняет правоприменение в части привлечения к уголовной ответственности лиц, склоняющих подростков к преступной и антиобщественной деятельности.

Однако в настоящее время на государственном уровне принимаются решения, направленные на улучшение качества жизни детей, а также способные уменьшить негативное воздействие на данную категорию граждан.

Так, усиление санкций за преступления, совершенные против несовершеннолетних, введение запрета на возможность усыновления детей, трудоустройства на работу, связанную с детьми, лиц, попадавших в поле зрения правоохранительных органов за совершение наиболее тяжких преступных деяний, в том числе против несовершеннолетних, как нам кажется, позволит значительно нейтрализовать факторы, позволяющие взрослым лицам осуществлять преступную деятельность в отношении подростков.

Кроме этого, мы полагаем, подробное разъяснение Верховным Судом РФ содержания терминов, используемых в статьях, предусматривающих уголовную ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность, а также спорных аспектов правоприменения по данному направлению позволит повысить эффективность борьбы с негативным влиянием взрослых лиц на подрастающее поколение.


Материал публикуется по итогам IV Научно-практической конференции с международным участием «Проблемы правоприменительной практики».


Также по этой теме: