Главная    Интернет-библиотека    Право    Уголовные дела    Судебная система Чеченской Республики в борьбе с терроризмом в 2011 г.

Судебная система Чеченской Республики в борьбе с терроризмом в 2011 г.

22.05.2015

Судебная система Чеченской Республики в борьбе с терроризмом в 2011 г.

Опубликовано в журнале "Советник юриста" №6 год - 2012

Паненков А.А.,
с. н. с. отдела проблем борьбы с организованной
преступностью, терроризмом и экстремизмом
НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ,
старший советник юстиции

Судебное разбирательство – основная стадия уголовного судопроизводства. В соответствии с принципом состязательности и равноправия сторон поддержание от имени государства обвинения в суде возлагается на государственного обвинителя(1).

Всего в 2011 г. судами Российской Федерации рассмотрено 173 уголовных дела в отношении 258 лиц по преступлениям террористической направленности (в 2010 г. рассмотрено 152 дела в отношении 210 лиц, в 2009 г. – 197 дел в отношении 253 лиц). Два дела в отношении пяти лиц рассмотрены с участием коллегии присяжных заседателей (Республики Башкортостан и Ингушетия)(2).

В Чеченской Республике зарегистрированные преступления террористической направленности в 2011 г. составляли 35,04% (2010 г. – 55,1%) от числа зарегистрированных в России и 37,8% (2010 г. – 68,96%) от числа зарегистрированных в СКФО.

В то же время в Чеченской Республике в 2011 г., несмотря на динамику снижения, было больше всего предварительно расследовано преступлений террористической направленности – 172 (–31,5%)(3) и направлено в суд с обвинительным заключением уголовных дел 103 (–16,3%, удельный вес к числу предварительно расследованных преступлений – 59,9%)(4),


(1) Настольная книга прокурора. – М., – 2012. – С. 769.
(2) Всего оправдано по преступлениям террористической направленности 7 лиц, из них 1 лицо – по ст. 205 УК РФ (Республика Северная Осетия – Алания), 1 лицо – по ст. 205-2 УК РФ (Омская область), 2 лица – по ст. 208 УК РФ (Республики Ингушетия и Дагестан), 3 лица – по ст. 208 и 30, 205 УК РФ (Республика Башкортостан).
(3) В Чеченской Республике в 2010 г. было предварительно расследовано 251 уголовное дело, снижение на – 34,8% по сравнению с 2009 г.
(4) В Чеченской Республике в 2010 г. было предварительно расследовано 123 дела, снижение на – 20,6% по сравнению с АППГ.


то есть, несмотря на динамику снижения из года в год количества предварительно расследованных преступлений и направленных с обвинительным заключением в суд уголовных дел, следственные и оперативные подразделения правоохранительных органов Чеченской Республики оставались лидерами в борьбе с преступлениями террористической направленности, как и ранее, работали в усиленном режиме(1).

Наибольшее количество уголовных дел террористической направленности рассмотрено судами: Чеченской Республики – 80 уголовных дел в отношении 88 лиц (АППГ 98 дел в отношении 110 лиц)(2); Республики Дагестан – 39 дел в отношении 56 лиц (АППГ 20 дел в отношении 25 лиц); Республика Ингушетия – 15 дел в отношении 15 лиц (АППГ 5 дел в отношении 13 лиц). 7 дел в отношении 7 лиц рассмотрено судами Кабардино-Балкарской Республики. 3 дела в отношении 43 лиц рассмотрено судами Карачаево-Черкесской Республики(3).

В Чеченской Республике рассмотрено по одному уголовному делу по ст. 205 и 205-1 УК РФ (по каждому делу по 1 лицу).

По рассмотренным в указанный период делам осуждено 88 лиц, из них 1 лицо – по ст. 205 УК РФ, 1 лицо – по ст. 205-1 УК РФ и 86 лиц – по ст. 208 УК РФ. Верховным Судом Чеченской Республики рассмотрено одно уголовное дело, по которому потерпевшими являются сотрудники правоохранительных органов. 17 мая 2011 г. Халидов осужден п. «а» ч. 2 ст. 205, ч. 2 ст. 209, ст. 317 и другим статьям УК РФ к 15 годам лишения свободы. 29 июня 2008 г. Халидов совместно с другими участниками банды вошел в с. Элистанжи и из пулемета Калашникова произвел выстрелы в домовладение, где находились сотрудники милиции, работники администрации Веденского района и иные лица. В результате обстрела два лица получили осколочные ранения, а домовладения были повреждены. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 2 августа 2011 г. приговор оставлен без изменения. Верховным Судом Российской Федерации в 2011 г. было проверено в кассационном порядке 18 дел о преступлениях террористической направленности в отношении 39 лиц.

Обобщение судебной практики позволяет сделать вывод о том, что суды в целом правильно разрешают уголовные дела о преступлениях террористической направленности. Наказание, назначаемое судами виновным, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенных деяний и отвечает общим правилам назначения наказания, предусмотренным ст. 60 УК РФ. По уголовным делам данной категории виновным, как правило, назначается наказание в виде лишения свободы, лишь в отношении 15 лиц судами Чеченской Республики и 2 лиц судами Республики Ингушетия назначено наказание в виде условного осуждения.


(1) Несмотря на снижение в 2010 г. на 11,2% зарегистрированных террористических преступлений (581 против 654 в 2009 г.), как и ранее, наибольшее их количество (79,9%), произошло в Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО). Несмотря на снижение на 26,8% преступлений  террористической направленности (320) в Чеченской Республике, наибольшее их количество – 55,1% от числа зарегистрированных в России (или 68,96% от числа зарегистрированных в СКФО) – все равно приходилось именно на Чеченскую Республику. В то же время в Чеченской  Республике было больше всего предварительно расследовано и направлено в суд с обвинительным заключением преступлений террористической направленности: 251 (-34,8%) и 123 дела (-20,6%) соответственно, то есть следственные и оперативные подразделения правоохранительных органов, как и ранее, работали в усиленном режиме.
(2) Следует не путать количество направленных в суд с обвинительным заключением уголовных дел в Чеченской Республике в 2011 г. – 103 с количеством рассмотренных судом уголовных дел террористической направленности – 80 дел.
(3) Два дела в отношении 10 лиц рассмотрено судами Республики Татарстан. По 2 дела рассмотрено судами Республик Бурятия, Башкортостан и Адыгея. По 1 уголовному делу рассмотрено судами: Республики Северная Осетия – Алания, а также Приморского, Пермского, Красноярского и Ставропольского краев, Волгоградской, Вологодской, Иркутской, Кировской, Омской, Ярославской, Ульяновской, Оренбургской, Псковской и Новосибирской областей.


Проблемы для государственных обвинителей представляет рассмотрение дел данной категории с участием присяжных заседателей. Адвокаты подсудимых на процессах избирали тактику защиты, при которой умышленно допускали высказывания перед присяжными о получении доказательств вины их подзащитных противозаконными методами. Несмотря на то что такие попытки пресекались председательствующим, такая тактика защитников в итоге влияла на исход принятия решения присяжными.

Подсудимые, не отрицая своего участия в незаконных вооруженных формированиях, указывали, что они входили в состав незаконных вооруженных формирований вследствие преследования их со стороны правоохранительных органов.

Вердикты присяжных заседателей не зависят ни от имеющихся доказательств, ни от качества их предъявления. Имеют место факты, когда присяжные заседатели выносили оправдательные вердикты при очевидных доказательствах виновности подсудимого. Так, по уголовному делу по обвинению Р.М. Бегеева, Э.А. Исмаилова и А.Ф. Сатиева по ст. 317 УК РФ и ряду других особо тяжких преступлений судом присяжных заседателей в отношении всех подсудимых вынесен оправдательный вердикт. При этом присяжные указали, что совершение посягательств указанными лицами, их участие в незаконных вооруженных формированиях доказано, однако они невиновны.

В основном свидетелями обвинения по данной категории уголовных дел являются сотрудники милиции, в отношении которых совершались посягательства или они принимали участие при производстве следственных действий и других мероприятий оперативного характера. При существующем отношении к оценке доказательств присяжными заседателями показания сотрудников милиции зачастую ставятся под сомнение, предполагая их заинтересованность.

Федеральным законом от 6 ноября 2011 г. № 292-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» внесены изменения в п. 3 ч. 2 ст. 30 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ). Ранее в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ (в ред. Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ) коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции рассматривались уголовные дела о преступлениях,  предусмотренных ст. 205 (террористический акт), 206 (захват заложника), ч. 2–4, ст. 208 (организация незаконного вооруженного формирования или участия в нем), ч. 1, ст. 212 (массовые беспорядки), ч. 1, ст. 275 (государственная измена), ст. 276 (шпионаж), ст. 278 (насильственный захват власти или насильственное удержание власти), ст. 279 (вооруженный мятеж) и ст. 281 (диверсия) УК РФ, а при наличии ходатайства обвиняемого, заявленного до назначения судебного заседания в соответствии со ст. 231 УПК РФ, – уголовные дела об иных тяжких и особо тяжких преступлениях. В настоящее время уголовные дела о некоторых преступлениях террористического и экстремистского характера, государственной измене, шпионаже, насильственном захвате (удержании) власти, вооруженном мятеже и диверсии рассматриваются коллегией из 3 судей федерального суда общей юрисдикции.

Что касается остальных дел о тяжких и особо тяжких преступлениях, то поправки закрепляют конкретные составы преступлений, которые рассматриваются в вышеуказанном порядке по ходатайству обвиняемого. Это преступления, предусмотренные ст. 105, ч. 2 (убийство при отягчающих обстоятельствах), ст. 126, ч. 3 (похищение человека при особо отягчающих обстоятельствах), ст. 131, ч. 3 и 4 (изнасилование при особо отягчающих обстоятельствах), ст. 132, ч. 3 и 4 (насильственные действия сексуального характера при особо отягчающих обстоятельствах), ст. 205.1 (содействие террористической деятельности), ст. 205.2 (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма), ст. 209–211 (бандитизм, организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (в ней), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава), ст. 227 (пиратство), ст. 277 (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля), ст. 295 (посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование), ст. 317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа), ст. 353–358 (планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны, публичные призывы к развязыванию агрессивной войны, разработка, производство, накопление, приобретение или сбыт оружия массового поражения, применение запрещенных средств и методов ведения войны, геноцид, экоцид), ст. 359, ч. 1 и 2 (наемничество), и ст. 360 (нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой) УК РФ.

Кроме того, расширен перечень уголовных дел, подсудных судам регионального уровня (указанным законом внесены изменения в п. 1 ч. 3 ст. 31 УПК РФ). В него включены составы, предусмотренные ст. 132, ч. 3 и 4 (насильственные действия сексуального характера при особо отягчающих обстоятельствах), ст. 205.1 (содействие террористической деятельности), ст. 205.2 (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма) УК РФ. При этом обвиняемый в указанных деяниях может подать ходатайство о рассмотрении его дела присяжными заседателями. Подсудимому запрещено заявлять ходатайство о рассмотрении дела коллегией из трех судей после назначения заседания. Федеральный закон вступил в силу 9 ноября 2011 г.

Обобщение прокурорской практики позволяет сделать следующее предложение по внесению изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по уголовным делам террористической направленности и связанным с ними преступлениям.

С учетом сложившейся негативной практики вынесения оправдательного вердикта присяжными в отношении лиц, совершивших посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, прокуроры Управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, межнациональных отношениях, противодействии экстремизму и терроризму Генеральной прокуратуры Российской Федерации предложили в п. 2 и 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ внести изменения, включив в список уголовных дел, рассмотрение которых исключается судьей  федерального суда общей юрисдикции и коллегией из 12 присяжных заседателей, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 208 и ст. 317 УК РФ, и соответственно включив их в список дел, рассматриваемых коллегией из 3 судей федерального суда общей юрисдикции.

Подавляющее большинство уголовных дел рассматриваемой категории направлено в суды следственными органами Чеченской Республики: 99 уголовных дел в отношении 109 участников незаконных вооруженных формирований и их пособников, а также 2 уголовных дела в отношении 2 лиц, совершивших преступления, предусмотренные ст. 205 УК РФ.

Несмотря на принимаемые меры, по-прежнему отмечаются нарушения и недостатки при расследовании уголовных дел о преступлениях террористического характера. Имеют место факты нарушений закона при организации предварительного следствия. Зачастую вместо проведения необходимых следственных действий, направленных на изобличение преступников и привлечение их к уголовной ответственности, следователями принимаются необоснованные решения о приостановлении следствия, прекращении уголовных дел, что нередко ведет к утрате необходимых доказательств.

Вот некоторые примеры уголовных дел террористической направленности, рассмотренных судами в Чеченской Республике. Старопромысловским районным судом г. Грозного рассмотрено уголовное дело по обвинению жителя Республики Б. в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – ч. 2 ст. 208 УК РФ (пособничество в участии в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом). В ходе предварительного и судебного следствия установлено, что 17-летний Б. в период с августа по октябрь 2009 г., находясь на территории Старопромысловского района, оказывал пособничество членам незаконного вооруженного формирования, выражавшееся в приобретении, перевозке и доставке им продуктов питания и одежды. В октябре 2009 г. в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками ОУР ОВД по Старопромысловскому району г. Грозного  подсудимый был задержан. Суд согласился с доводами государственного обвинителя и признал подсудимого виновным в совершении инкриминированного преступления. При назначении наказания суд учел несовершеннолетний возраст подсудимого, но посчитал невозможным его исправление без изоляции от общества, поскольку совершенный им вид преступления имеет общественный резонанс в Республике.

На протяжении длительного времени правоохранительные органы Чеченской Республики и общественность ведут активную борьбу по выявлению лиц, совершивших данный вид преступления. Тогда как оказываемое пособничество участникам НВФ со стороны отдельных преступных лиц, в том числе и подсудимого, дает боевикам возможность осуществлять акты терроризма, совершать вооруженные нападения на военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, глав администрации городов и районов, на членов их семей. Приговором суда подсудимый признан виновным и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 4 месяца с отбыванием наказания в воспитательной колонии. Приговор вступил в законную силу(1).

Выводы и предложения:
1. Участников НВФ в Чеченской Республике нельзя рассматривать изолированно от  организованных преступных формирований (ОПФ) террористической направленности, действующих в Республике Ингушетия, Карачаево-Черкесской Республике, Республике Дагестан и других субъектах СКФО в виде банд, преступных сообществ (преступных организаций) и от международной террористической организации Д. Умарова «Кавказский эмират» («Имарат Кавказ»).

Поэтому следователям Следственного управления Следственного комитета РФ по Чеченской Республике следует активнее бороться с высокоорганизованными формами террористической деятельности, предусмотренными ст. 209, 210 УК РФ (а не только ст. 208 УК РФ).


(1) Несовершеннолетний пособник боевиков осужден к реальному лишению свободы. http://www.chechproc.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=462. 08.03.2011. 10.59.


В борьбе с терроризмом одним из важных направлений является выявление и пресечение внешних и внутренних источников и каналов финансирования терроризма. В период служебной командировки работников НИИ Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации с 16 по 29 мая 2011 г. было организовано и проведено анкетирование сотрудников  правоохранительных органов и спецслужб Республики Ингушетии, Чеченской Республики и Республики Дагестан по актуальным вопросам борьбы с финансированием терроризма (БФТ). Всего обработано 235 анкет на 30 июня 2011 г.(1)

В ходе анкетирования 16–29 мая 2011 г. по проблемам борьбы с финансированием терроризма сотрудников прокуратуры, МВД, Управления ФСБ, студентов в Республике Ингушетия 178 (75,7%)(2) респондентов, в Чеченской Республике – 44 (18,7%)(3), в Республике Дагестан – 13 (5,5%)(4), всего 235 респондентов, были получены интересные результаты.

Организованная экономическая преступность на Северном Кавказе и в других субъектах РФ является внутренним источником финансирования терроризма. Согласны с этим 107 (48,9%) респондентов, не согласны 83 (37,9%), иное – 29 (13,2%). На вопрос о том, что, на ваш взгляд, является источниками финансирования терроризма на Северном Кавказе, респонденты ответили таким образом: вымогательство денег у предпринимателей под угрозой убийства, в том числе близких родственников – 133 (60,2%), незаконный оборот оружия – 101 (45,7%), вымогательство денег у частных лиц под угрозой убийства, в том числе близких родственников – 94 (42,5%), незаконный оборот наркотиков – 81 (36,7%), вымогательство денег у государственных служащих под угрозой убийства, в том числе близких родственников – 77 (34,8%), похищение человека – 63 (28,5%), посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего – 63 (28,5%), иное – 26 (11,8%).

Поэтому совершенствование действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства на основе научно-практических исследований, постоянный рост профессионального мастерства следователей правоохранительных органов и спецслужб России на досудебных стадиях уголовного процесса, а также участвующих в уголовных делах прокуроров по преступлениям террористической направленности будут способствовать торжеству принципа неотвратимости наказания террористам за совершенные особо тяжкие преступления.


(1) Обобщение анкет БФТ произвела младший научный сотрудник отдела информационно-аналитичес кого обеспечения деятельности органов прокуратуры НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ, юрист I класса В.И. Ефимова.
(2) Отдел ФСИН (Респ. Ингушетия) –10 (4,3%), УФСКН по Респ. Ингушетии – 11 (4,7%), прокуратура Малгобекского р-на – 6 (2,6%), Джейрахская прокуратура – 2 (0,9), прокуратура г. Карабулак – 5 (2,1%), аппарат прокуратуры (Респ. Ингушетия) – 22 (9,4%), прокуратура Сунженского р-на – 6 (2,6%), ОМОН МВД (Респ. Ингушетия) – 12 (5,1%), ВОГ МВД РФ в Респ. Ингушетия – 8 (3,4%), ФКПП ?Кавказ? (Респ. Ингушетия) – 14 (6,0%), УФСБ (Респ. Ингушетия) – 42 (17,9%), пограничное управление УФСБ по Респ. Ингушетии – 24 (10,2%), Совет Безопасности (Респ. Ингушетия) – 5 (2,1%), военный следственный отдел (Респ. Ингушетия) – 5 (2,1%), военная прокуратура Респ. Ингушетии – 6 (2,6%).
(3) Аппарат прокуратуры (Чеченская Респ.), гор. (рай) прокуроры – 34 (14,5%), прокуратура Заводского р-на г. Грозный (Чеченская Респ.) – 5 (2,1%), прокуратура Шалинского р-на (Чеченская Респ.) – 2 (0,9%), прокуратура г. Аргун (Чеченская Респ.) – 3 (1,3%).
(4) Студенты (Респ. Дагестан) – 13 (5,5%).


Также по этой теме: