Главная    Интернет-библиотека    Кадры предприятия    Советы от инспектора по кадрам    Увольнение руководителя организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ: конституционный аспект

Увольнение руководителя организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ: конституционный аспект

Увольнение руководителя организации по пункту 2 статьи 278 ТК РФ: конституционный аспект

Опубликовано в журнале "Кадры предприятия" №6 год - 2005

Н.И. Тимофеев


 
юрист

Как известно, одним из оснований досрочного расторжения трудового договора является закрепленное пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ положение, согласно которому трудовой договор с руководителем организации может быть расторгнут в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о досрочном прекращении трудового договора.
Данное основание в определенном смысле является новым, поскольку распространяется на руководителей всех без исключения организаций независимо от организационно-правовой формы и формы собственности, тогда как ранее на подобном основании можно было в любое время уволить по решению вышестоящего органа юридического лица по существу только руководителей акционерных обществ (это вытекало из взаимосвязанных положений части второй статьи 254 КЗоТ РФ и статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).
Совершенно очевидно, что с появлением такого чрезвычайно «удобного» для собственника имущества организации или ее вышестоящего органа управления основания, оно стало применяться на практике наиболее часто, поскольку фактически не требовало какой-либо мотивировки. При этом и судами общей юрисдикции, рассматривавшими трудовые споры уволенных по этому основанию руководителей организаций, по существу проверялось лишь соблюдение процедуры принятия решения о досрочном прекращении трудового договора и правильность оформления соответствующих решений. Тем не менее, точку в этом вопросе должен был поставить Конституционный Суд РФ.
В опубликованном в «Кадры предприятия» № 2—3/2005 обзоре некоторых решений Конституционного Суда РФ за 2004 год, в частности, анализировалось определение от 08.07.2004 № 235-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Межмала Сергея Леонидовича на нарушение конституционных прав пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ» и, в частности, было отмечено, что с учетом конкретных обстоятельств этого дела у Конституционного Суда РФ, не имелось оснований полагать, что конституционные права заявителя были нарушены оспариваемым положением Трудового кодекса РФ. Между тем, непосредственной оценки пункта 2 статьи 278 Кодекса с точки зрения его соответствия Конституции РФ в указанном определении не содержалось.
Окончательный вердикт был вынесен в марте текущего года по результатам рассмотрения Конституционным Судом РФ дела о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с запросами Волховского городского суда Ленинградской области и Октябрьского районного суда города Ставрополя и жалобами ряда граждан (постановление Конституционного Суда РФ от 15.03.2005 № 3-П<*>).

<*> Российская газета, № 57, 23.03.2005.

Как следует из содержания данного постановления, предметом рассмотрения по делу явились взаимосвязанные нормативные положения пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», регулирующие досрочное расторжение трудового договора с руководителем организации в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, в том числе советом директоров (наблюдательным советом) акционерного общества, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о досрочном прекращении с ним трудового договора.
Поводом для рассмотрения Конституционным Судом РФ данного дела стали:


-

запрос Волховского городского суда Ленинградской области, рассматривавшего трудовой спор о восстановлении на работе, оплате времени вынужденного прогула и компенсации морального вреда по иску гражданина К.В. Устинова, работавшего с ноября 1998 года в должности директора муниципального учреждения дополнительного образования, культуры и спорта ИДЦ «Старая Ладога» и уволенного без выплаты компенсации приказом руководителя отдела организации досуга населения администрации муниципального образования «Волховский район», изданным во исполнение распоряжения исполняющего обязанности главы администрации указанного муниципального образования от 09.10.2002 по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, в связи с его неудовлетворительной работой;

-

запрос Октябрьского районного суда города Ставрополя, рассматривавшего аналогичный трудовой спор по иску гражданина В.Н. Ермакова, работавшего в должности главного врача муниципального учреждения здравоохранения «Городская стоматологическая поликлиника» и уволенного с этой должности приказом управления здравоохранения администрации города Ставрополя от 03.10.2003 без указания мотивов на основании пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, с выплатой в соответствии со статьей 279 данного Кодекса компенсации в размере 2 средних месячных заработков;

-

жалобы ряда граждан, уволенных по предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ основанию с должностей руководителей организаций, различных по организационно-правовой форме, с выплатой компенсации или без таковой. При этом, отказывая в удовлетворении их исковых требований о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, суды общей юрисдикции ссылались на то, что при увольнении руководителя организации в соответствии с пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ не требуется обоснования мотивов досрочного расторжения с ним трудового договора, а потому суд правомочен оценивать лишь соблюдение собственником имущества организации или уполномоченным им лицом (органом) процедуры расторжения трудового договора, но не его обоснованности; поскольку в данных случаях эта процедура нарушена не была, увольнения не могут быть признаны незаконными.

Кроме того, один из заявителей просил проверить конституционность статьи 279 Трудового кодекса РФ, а другой — конституционность отдельных положений статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах».
Заявители утверждали, что оспариваемые ими положения статей 278 и 279 Трудового кодекса РФ и статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 6 (часть 2), 7 (часть 1), 15 (часть 1), 17 (части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 34 (часть 1), 37 (части 1 и 3), 46 (часть 1), 54 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции РФ, и в обоснование своей позиции привели следующие доводы:


1)

предоставление собственнику имущества организации полной свободы усмотрения при решении вопроса об увольнении ее руководителя является недопустимым ограничением гарантированных Конституцией РФ свободы труда, права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, права на защиту от безработицы; оспариваемые нормы, позволяющие прекращать трудовые отношения с руководителем организации без указания конкретных мотивов такого решения, носят дискриминационный характер, умаляют достоинство личности, лишают этих лиц гарантий защиты от произвола со стороны работодателя, ставят их в неравное по сравнению с другими наемными работниками положение, в том числе перед судом, лишая их возможности оспаривать обоснованность увольнения, чем неправомерно ограничивается и право данной категории работников на судебную защиту;

2)

кроме того, оспариваемое регулирование вступает в противоречие с требованиями международно-правовых актов, запрещающих в сфере труда дискриминацию в любой форме, в том числе в зависимости от должностного положения, и устанавливающих гарантии для трудящихся при прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя (Конвенция МОТ №158 1982 года о прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя, Европейская социальная хартия, Хартия социальных прав и гарантий граждан независимых государств, одобренная постановлением Межпарламентской ассамблеи государств-участников Содружества Независимых Государств);

3)

нарушение оспариваемыми законоположениями конституционных прав и свобод некоторые заявители по настоящему делу связывают также с тем, что правоприменительные органы неправомерно распространяют их на руководителей организаций, трудовой договор с которыми был заключен до введения в действие Трудового кодекса РФ, то есть в период, когда увольнение руководителя организации без обоснования мотивов не допускалось, и на руководителей, в трудовом договоре с которыми не указан срок его действия.

Как видно из приведенных доводов заявителей, перед Конституционным Судом РФ стояла действительно сложная задача — на основе анализа соответствующих конституционных положений и норм международного права, оценивая при этом в силу части второй статьи 74 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (с изм. на 05.04.2005) как буквальный смысл оспариваемых норм действующего законодательства, так и смысл, придаваемый им сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из их места в системе правовых норм, принять такое решение, которое обеспечивало бы баланс конституционных прав и законных интересов двух сторон трудового отношения — работодателя (собственника имущества организации) и такой особой категории работников, какими являются руководители организации.
Эта задача, на наш взгляд, Конституционным Судом РФ была успешно решена. При этом несомненный интерес представляет не только резолютивная (постановляющая) часть принятого им постановления, но и выраженные в его мотивировочной части правовые позиции.
Итак, как констатировал Конституционный Суд РФ, согласно Конституции РФ труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также право на защиту от безработицы (части 1 и 3 статьи 37). Из названных конституционных положений (как отмечено Конституционным Судом РФ в своих решениях, в частности в постановлении от 27.12.1999 № 19-П по делу о проверке конституционности положений пункта 3 статьи 20 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»), не вытекает, однако, ни субъективное право человека занимать определенную должность, выполнять конкретную работу в соответствии с избранными им родом деятельности и профессией, ни обязанность кого бы то ни было такую работу или должность ему предоставить, — свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора.
Положения статьи 37 Конституции РФ, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в РФ как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции РФ).
При этом Конституция РФ, ее статья 19, гарантируя равенство прав и свобод человека и гражданина, а также запрещая любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности, не препятствует федеральному законодателю — при осуществлении на основании ее статей 71 (пункт «в»), 72 (пункт «к» части 1) и 76 (части 1 и 2) регулирования и защиты прав и свобод человека и гражданина в сфере труда и занятости, определении их основного содержания, а также гарантий реализации — устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, в том числе вводить особые правила, касающиеся прекращения с ними трудовых правоотношений, если эти различия являются оправданными и обоснованными, соответствуют конституционно значимым целям.
Касаясь прав собственников, Конституционный Суд РФ отметил, что в качестве одной из основ конституционного строя Российской Федерации Конституция РФ закрепляет свободу экономической деятельности, поддержку конкуренции, признание и защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности (статья 8). Принципом экономической свободы предопределяется основное содержание таких закрепленных Конституцией РФ прав, как право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (часть 1 статьи 34), а также право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (часть 2 статьи 35).
Реализуя названные конституционные права, граждане самостоятельно определяют сферу своей экономической деятельности, осуществляют ее в индивидуальном порядке или совместно с другими лицами, в частности, путем создания коммерческой организации как формы коллективного предпринимательства, выбирают экономическую стратегию развития бизнеса, используя свое имущество с учетом конституционных гарантий права собственности и поддержки государством добросовестной конкуренции (постановление Конституционного Суда РФ от 24.02.2004 № 3-П по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 74 и 77 Федерального закона «Об акционерных обществах»).
Это предполагает наделение собственника имущества организации конкретными правомочиями, позволяющими ему в целях достижения максимальной эффективности экономической деятельности и рационального использования имущества как самостоятельно, под свою ответственность, назначать (выбирать) руководителя, которому доверяется управление созданной организацией, принадлежащим собственнику имуществом, обеспечение его целостности и сохранности, так и прекращать трудовой договор с ним. Однако федеральный законодатель в рамках соответствующего регулирования должен обеспечивать — в силу требований статей 1 (часть 1), 7 (часть 1), 8 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (часть 2), 37 и 55 (часть 3) Конституции РФ — баланс конституционных прав и свобод, справедливое согласование прав и законных интересов сторон в трудовом договоре, являющееся необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве.
Анализируя правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность), Конституционный Суд РФ указал, что он значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (статья 273 Трудового кодекса РФ; пункт 1 статьи 53 Гражданского кодекса РФ). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.
Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую, и само существование организации. Кроме того, полномочия по управлению имуществом, которыми наделяется руководитель, и предъявляемые к нему в связи с этим требования предполагают в качестве одного из необходимых условий успешного сотрудничества собственника с лицом, управляющим его имуществом, наличие доверительности в отношениях между ними.
Поэтому федеральный законодатель вправе, исходя из объективно существующих особенностей характера и содержания труда руководителя организации, выполняемой им трудовой функции, предусматривать особые правила расторжения с ним трудового договора, что не может расцениваться как нарушение права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1 статьи 37 Конституции РФ) либо как нарушение гарантированного статьей 19 Конституции РФ равенства всех перед законом и судом и равенства прав и свобод человека и гражданина. Вводимые при этом ограничения трудовых прав руководителя организации в силу статьи 55 (часть 3) Конституции РФ должны быть необходимыми и соразмерными конституционно значимым целям.
Оценивая смысл оспариваемых заявителями положений пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в их взаимосвязи со статьей 81 и пунктами 1 и 3 статьи 278 Трудового кодекса РФ, Конституционный Суд констатировал, что при расторжении трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа юридического лица, в том числе совета директоров (наблюдательного совета) акционерного общества, либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица или органа (далее — собственника) не требуется указывать те или иные конкретные обстоятельства, подтверждающие необходимость прекращения трудового договора.
Федеральный законодатель, не возлагая на собственника, в исключение из общих правил расторжения трудового договора с работником по инициативе работодателя, обязанность указывать мотивы увольнения руководителя организации по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, не рассматривает расторжение трудового договора по данному основанию в качестве меры юридической ответственности, поскольку исходит из того, что увольнение в этом случае не вызвано противоправным поведением руководителя, — в отличие от расторжения трудового договора с руководителем организации по основаниям, связанным с совершением им виновных действий (бездействием). Увольнение за совершение виновных действий (бездействие) не может осуществляться без указания конкретных фактов, свидетельствующих о неправомерном поведении руководителя, его вине, без соблюдения установленного законом порядка применения данной меры ответственности, что в случае возникновения спора подлежит судебной проверке. Иное вступало бы в противоречие с вытекающими из статей 1, 19 и 55 Конституции РФ общими принципами юридической ответственности в правовом государстве.
Введение рассматриваемого основания для расторжения трудового договора с руководителем организации обусловлено возможностью возникновения таких обстоятельств, которые для реализации и защиты прав и законных интересов собственника вызывают необходимость прекращения трудового договора с руководителем организации, но не подпадают под конкретные основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя, предусмотренные действующим законодательством (например, пункты 1 — 12 части первой статьи 81, пункт 1 статьи 278 Трудового кодекса РФ) либо условиями заключенного с руководителем трудового договора (пункт 3 статьи 278 Трудового кодекса РФ). Так, досрочное расторжение трудового договора с руководителем может потребоваться в связи с изменением положения собственника имущества организации как участника гражданских правоотношений по причинам, установить исчерпывающий перечень которых заранее невозможно, либо со сменой стратегии развития бизнеса, либо в целях повышения эффективности управления организацией и т.п.
Следовательно, закрепление в пункте 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзаце втором пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» правомочия собственника расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, который осуществляет управление его имуществом, не обосновывая при этом необходимость принятия такого решения, направлено на реализацию и защиту прав собственника владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, в том числе определять способы управления им единолично или совместно с другими лицами, свободно использовать свое имущество для осуществления предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности, то есть установлено законодателем в конституционно значимых целях.
Вместе с тем, как отметил Суд, предоставление собственнику права принять решение о досрочном расторжении трудового договора с руководителем организации — в силу статей 1 (часть 1), 7 (часть 1), 8 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (часть 2), 37 и 55 (часть 3) Конституции РФ — предполагает, в свою очередь, предоставление последнему адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в результате потери работы, от возможного произвола и дискриминации.
К числу таких гарантий относится предусмотренная статьей 279 Трудового кодекса РФ выплата компенсации за досрочное расторжение трудового договора с руководителем организации в размере, определяемом трудовым договором. По смыслу положений данной статьи во взаимосвязи с положениями статьи 278 Трудового кодекса РФ, выплата компенсации — необходимое условие досрочного расторжения трудового договора с руководителем организации в указанном случае.
Законодатель не устанавливает конкретный размер компенсации и не ограничивает ее каким-либо пределом — размер компенсации определяется трудовым договором, то есть по соглашению сторон. Исходя из целевого назначения этой выплаты — в максимальной степени компенсировать увольняемому лицу неблагоприятные последствия, вызванные потерей работы, размер компенсации может определяться с учетом времени, остающегося до истечения срока действия трудового договора, тех сумм (оплаты труда), которые увольняемый мог бы получить, продолжая работать в должности руководителя организации, дополнительных расходов, которые он, возможно, вынужден будет понести в результате досрочного прекращения договора, и т.п.
Отсутствие в трудовом договоре условия о выплате компенсации и о ее размере, в частности по той причине, что договор заключался до введения в действие Трудового кодекса РФ, а необходимые изменения в него не были внесены, не освобождает собственника от обязанности выплатить компенсацию (в силу части второй статьи 424 Трудового кодекса РФ, устанавливающей правила применения норм данного Кодекса к правоотношениям, возникшим до введения его в действие, трудовой договор с руководителем организации может быть расторгнут в соответствии с пунктом 2 статьи 278 и в том случае, если он был заключен до 01.02.2002 года). Однако (и это имеет весьма существенное значение — прим. авт.) вопрос о размере компенсации, как следует из статьи 279 Трудового кодекса РФ, решается по соглашению сторон, а не собственником в одностороннем порядке, и, значит, суммы, подлежащие выплате, должны определяться по договоренности между руководителем организации и собственником, а в случае возникновения спора — по решению суда с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, цели и предназначения данной выплаты. Соблюдение требования о выплате руководителю организации справедливой компенсации при увольнении на основании пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ должно обеспечиваться независимо от того, была ли трудовым договором, заключенным до введения в действие Трудового кодекса РФ, предусмотрена компенсация в связи с увольнением по другим основаниям.
Гражданин, свободно выражающий свою волю на занятие должности руководителя организации, имеет законодательно закрепленную возможность (статья 57 Трудового кодекса РФ) оговорить в трудовом договоре помимо размера компенсации порядок его досрочного расторжения (что также имеет принципиальное значение — прим. авт.). В частности, по соглашению сторон в трудовом договоре может быть установлен срок предупреждения об увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ. Кроме того, в силу дискреционного характера полномочия, предоставленного собственнику данной нормой (то есть, фактически позволяющего собственнику при ее применении действовать по собственному усмотрению, оставаясь при этом в рамках закона — прим. авт.), не исключается и возможность зафиксировать в трудовом договоре конкретные условия ее применения.
Вместе с тем, как особо подчеркнул Конституционный Суд РФ, законодательное закрепление права досрочно прекратить трудовой договор с руководителем организации без указания мотивов увольнения не означает, что собственник обладает неограниченной свободой усмотрения при принятии такого решения, вправе действовать произвольно, вопреки целям предоставления указанного правомочия, не принимая во внимание законные интересы организации, а руководитель организации лишается гарантий судебной защиты от возможного произвола и дискриминации.
Общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, как и запрещение дискриминации при осуществлении прав и свобод, включая запрет любых форм ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (часть 3 статьи 17; статья 19 Конституции РФ), в полной мере распространяются на сферу трудовых отношений, определяя пределы дискреционных полномочий (то есть, усмотрения — прим. авт.) собственника.
Положения пункта 2 статьи 278, статьи 279 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» не препятствуют руководителю организации, если он считает, что решение собственника о досрочном прекращении трудового договора с ним фактически обусловлено такими обстоятельствами, которые свидетельствуют о дискриминации, злоупотреблении правом, оспорить увольнение в судебном порядке. При установлении судом на основе исследования всех обстоятельств конкретного дела, соответствующих фактов, его нарушенные права подлежат восстановлению.
Фактически подводя итог изложенному, Конституционный Суд РФ констатировал, что предоставление собственнику возможности без указания мотивов своего решения досрочно прекратить трудовой договор с руководителем организации, выплатив ему при этом справедливую компенсацию, размер которой определяется трудовым договором, то есть по соглашению сторон, а в случае спора — решением суда, не может рассматриваться — исходя из особенностей правового статуса руководителя организации и существенных различий в характере и содержании его трудовой деятельности по сравнению с иными работниками, а также цели закрепления указанного правомочия — как не имеющее объективного и разумного оправдания и, следовательно, чрезмерное ограничение прав и свобод лиц, занимающих должность руководителя организации, не совместимое с требованиями статей 19 (части 1 и 2), 37 (части 1 и 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ. Равным образом оно не может расцениваться и как не согласующееся с предписаниями ратифицированных РФ международно-правовых актов, запрещающих дискриминацию в области труда и занятий.
Таким образом, взаимосвязанные нормативные положения пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», допускающие возможность расторжения трудового договора с руководителем организации по решению собственника без указания мотивов принятия такого решения, не противоречат Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагают, что расторжение трудового договора с руководителем организации в указанном случае не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему справедливой компенсации, размер которой определяется трудовым договором, то есть по соглашению сторон, а в случае спора — решением суда.
Что же касается вопроса об оценке конституционности статьи 279 Трудового кодекса РФ, Конституционный Суд РФ отметил, что, предоставляя сторонам трудового договора право определять размер компенсации, выплачиваемой руководителю организации в случае досрочного расторжения с ним трудового договора, не закрепляет ее минимальную величину, что истолковывается в правоприменительной практике, судя по материалам рассматриваемого дела, как легальная возможность устанавливать компенсацию в размере, не отвечающем цели данной выплаты (при том что для лица, претендующего на должность руководителя, бывает затруднительно договориться о включении в трудовой договор наиболее выгодных для себя условий по обстоятельствам объективного и субъективного характера, таким как конкуренция на рынке труда, характер и цели деятельности юридического лица, его организационно-правовая форма), либо не устанавливать ее вообще и потому не выплачивать.
Исходя из предназначения компенсации, отсутствие в статье 279 Трудового кодекса РФ указания на минимальный размер данной выплаты, означающее, по существу, лишение руководителя организации при увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, законодательно установленной гарантии, приводит к несоразмерному ограничению права каждого свободно выбирать род деятельности и профессию, права на защиту от безработицы, иных, связанных с ними, прав и свобод человека и гражданина, к нарушению равенства при осуществлении трудовых прав, баланса прав и законных интересов сторон трудового договора, что противоречит статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 37 (части 1 и 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ.
Между тем досрочное расторжение с руководителем организации трудового договора без указания, в исключение из общих правил, мотивов такого решения требует предоставления ему повышенной компенсации, а ее минимальный размер должен быть сопоставим с выплатами, предусмотренными действующим законодательством для сходных ситуаций расторжения трудового договора с руководителем организации по не зависящим от него обстоятельствам, и во всяком случае он не может быть меньше, чем при расторжении трудового договора в связи со сменой собственника организации (статья 181 Трудового кодекса РФ).
Наконец, анализируя утверждение одного из заявителей о том, что пункт 2 статьи 278 и статья 279 Трудового кодекса РФ, в которых говорится о «досрочном» расторжении трудового договора с руководителем организации, по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, распространяются и на руководителей организаций, заключивших трудовой договор на неопределенный срок, чем нарушаются их конституционные права и свободы, Конституционный Суд РФ установил следующее.
Действительный смысл указанных положений не может быть выявлен без учета их системной связи с иными положениями Трудового кодекса РФ, прежде всего, части первой его статьи 275, согласно которой трудовой договор с руководителем организации заключается на срок, установленный учредительными документами организации или соглашением сторон. Данная норма, в свою очередь, сформулирована в соответствии с правилами создания исполнительных органов юридического лица, предусматривающими, что эти органы формируются на срок, установленный учредительными документами.
Таким образом, законодатель, определяя в Кодексе особенности регулирования труда руководителя организации, исходит из того, что с ним как с лицом, выполняющим функции ее единоличного исполнительного органа (статья 273 ТК РФ), по общему правилу, заключается срочный трудовой договор. Об этом свидетельствуют и предписания иных нормативных правовых актов, касающиеся правового положения исполнительных органов организаций отдельных организационно-правовых форм (пункты 3 и 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», пункт 1 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункт 3 статьи 12 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», подпункт «в» пункта 7 постановления Правительства РФ от 16.03.2000 № 234 «О порядке заключения трудовых договоров и аттестации руководителей федеральных государственных унитарных предприятий», пункт 7.3 Примерного трудового договора с руководителем федерального государственного унитарного предприятия, утвержденного распоряжением Министерства имущественных отношений РФ от 11.12.2003 № 6946-р, и др.).
Вместе с тем возможны случаи, когда по каким-либо причинам трудовой договор с руководителем организации заключается без указания конкретного срока его действия либо когда срочный трудовой договор трансформируется в договор на неопределенный срок в порядке, установленном частью четвертой статьи 58 Трудового кодекса РФ. Однако нет оснований полагать, что употребление в пункте 2 статьи 278 и статье 279 Трудового кодекса РФ термина «досрочное» не допускает применение этих норм в подобных случаях.
Вид трудового договора сам по себе не предопределяет характер и содержание труда руководителя организации, как не зависят от того, заключен трудовой договор на определенный или на неопределенный срок, особенности выполняемой руководителем трудовой функции, которыми обусловлено законодательное закрепление возможности расторжения трудового договора с ним без указания мотивов, и те фактические обстоятельства, в силу которых может возникнуть необходимость освобождения руководителя от должности. Установление различий в основаниях расторжения трудового договора по инициативе работодателя исключительно по указанному формальному признаку означало бы нарушение равенства прав и возможностей, не совместимое с требованиями статей 19 (части 1 и 2) и 37 (часть 1) Конституции РФ.
Основываясь на вышеизложенном Конституционный Суд РФ постановил:


1)

признать положения пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» не противоречащими Конституции РФ, поскольку названные положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего нормативно-правового регулирования предполагают, что расторжение трудового договора в данном случае не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты справедливой компенсации, размер которой определяется трудовым договором, то есть по соглашению сторон, а в случае спора — решением суда. Конституционно-правовой смысл положений пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», выявленный в данном постановлении, в силу статьи 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике;

2)

признать статью 279 Трудового кодекса РФ не соответствующей Конституции РФ, ее статьям 19 (части 1 и 2), 37 (части 1 и 3) и 55 (часть 3), в той мере, в какой она, не устанавливая гарантированный минимальный размер компенсации, полагающейся руководителю организации в указанном случае, допускает досрочное расторжение с ним трудового договора без выплаты справедливой компенсации.

Также было установлено, что впредь до внесения в действующее законодательство необходимых изменений в соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 15.03.2005 № 3-П гарантированный минимальный размер компенсации, выплачиваемой руководителю организации при расторжении трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ и абзацем вторым пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах», не может быть ниже, чем это определено действующим законодательством для сходных ситуаций расторжения трудового договора с руководителем организации по не зависящим от него обстоятельствам.

* * *

Какие же предварительные выводы можно сделать, имея в виду возможное изменение практики увольнения руководителей организаций по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, после принятия Конституционным Судом РФ данного постановления?
Во-первых, представляется, что в количественном отношении число увольнений по этому основанию возрастет, поскольку, как уже говорилось выше, процедура его применения достаточно проста.
Во-вторых, должно уменьшиться число обращений уволенных руководителей в суды с исками о признании увольнений незаконными и, соответственно, о восстановлении на работе, поскольку случаи несоблюдения процедуры при принятии решения о досрочном расторжении трудового договора с руководителем организации и ненадлежащего документального оформления такого решения, что реально может служить основанием для вынесения судом решения о восстановлении на работе, на практике встречаются не так часто. К тому же, восстановленный на работе руководитель организации должен отчетливо представлять, что будет незамедлительно уволен с работы по тому же основанию, но уже без процедурных нарушений.
Наконец, в-третьих, напротив может возрасти число обращений в суды в связи со спорами относительно размера компенсации, выплачиваемой руководителю организации за досрочное расторжение с ним трудового договора.

Также по этой теме: